Томас Уокер, начавший собственное расследование крупного мошенничества, считает Леонору Хаттон соучастницей этого преступления. И как она теперь докажет свою невиновность, если ее подруга Мередит – известная аферистка, погибшая при странных обстоятельствах, – оставила полученные обманом деньги именно ей?Возможно, надо обратиться к Томасу за помощью?Ведь хрупкой женщине, пытающейся разгадать тайну смерти подруги и загадку ее странного завещания, необходима помощь настоящего мужчины – сильного, смелого, не боящегося рисковать собой!..
Галлюцинации становились все ужаснее, но она все же добралась до верхней ступени лестницы и теперь пыталась сохранить равновесие и хоть немного прийти в себя. Впереди уходил в бесконечность длинный коридор, полный зеркал. Безумный дом наполнил его пляшущими тенями и лишил четких и надежных линий, каковые полагалось иметь каждому уважающему себя архитектурному сооружению. Медлить нельзя: нужно пройти по коридору, ибо остатки разума быстро покидают ее измученный мозг.
Она смотрела перед собой. Стены и пол дрожали, изгибались, теряли четкость и образовывали… да, больше всего это похоже на ленту Мебиуса – математический парадокс, в котором нет ни конца, ни начала. Как же она пойдет? Как-нибудь… Боже, как хочется спать, но пока нельзя, нельзя… Она цеплялась за осколки реальности, напоминая себе, что у нее есть цель.
Несколько секунд-минут-вечностей назад погас электрический свет. И бесконечный коридор утопал в серебряных тенях лунного света, падавшего из высоких, но узких окон, расположенных в начале и конце наполненной зеркалами бесконечности. Глаза женщины различили впереди яркий квадрат – это свет из распахнутой двери библиотеки. Четвертая дверь слева, ее цель. Только бы хватило сил. Она сможет оставить сообщение, если доберется до библиотеки.
– Бетани? – Голос убийцы долетел до нее, искаженный галлюцинациями, но женщина знала: убийцу отделяет от нее всего один лестничный пролет. – Где же ты? Позволь мне помочь. Думаю, ты ужасно хочешь спать.
Паника охватила Бетани. В кровь выплеснулся адреналин, который придал сил и позволил сделать несколько шагов вперед, по лунному тоннелю. Не потерять сумочку и идти вперед. И вдруг женщина забыла, зачем она здесь и почему должна сопротивляться усталости, которая бесконечна, как простирающаяся впереди дорога. Это так странно, только что была какая-то цель, мысль – и вдруг в голове лишь туман.
Бетани с удивлением рассматривала коридор. Зеркала, везде зеркала. Вот совсем рядом – должно быть, это начало XVIII века – тяжелая рама, обильно украшенная резьбой и позолотой. Бетани вглядывалась в туманное стекло, надеясь увидеть там что-нибудь… намек, подсказку. Она должна что-то сделать, прежде чем сон одолеет ее окончательно. Но что?
– Я помогу тебе, Бетани.
В Зазеркалье мелькнуло нечто, и тени на миг обрели смысл. Она вспомнила – нужно добраться до библиотеки, прежде чем убийца настигнет ее.
Которая дверь ей нужна? Это такая красивая цифра… Четыре. Четвертая дверь слева. Ускользающий разум с благодарностью уцепился за цифры. Математика – ее дом, ее рай, там все просто и ясно, не так, как в мире человеческих отношений, где нет места логике.
Четвертая дверь… Но чтобы добраться до нее, нужно пройти несколько шагов мимо зеркал. Трудность задачи почти парализовала ее.
– Не нужно прятаться от меня, Бетани. Я хочу помочь тебе.
Она должна, хотя бы ради Дэки. Он не сможет жить спокойно, если не получит ответ на свои вопросы. Томас, конечно, поможет ему. Эти братья Уокер держатся друг за друга. Их связь всегда удивляла ее, но потом она привыкла – просто приняла отношения братьев как математическую аксиому. И тогда все встало на свои места.
Собрав остатки сил, Бетани двинулась к квадрату лунного света, который вел в библиотеку.
Галлюцинации вновь затопили мозг. Странные создания окружали ее, извивались в туманных зеркалах, звали и манили. Женщина готова была присоединиться к ним, желала этого… но не сейчас, нужно подождать еще чуть-чуть. Сжав зубы, Бетани сосредоточилась на своей непростой задаче: заставить ноги двигаться. Правая, потом левая, опять правая… Не смотреть по сторонам, не позволять тем, из Зазеркалья, затащить ее внутрь. Не то чтобы она боялась их – просто еще не время. Она слишком многим обязана Дэки и Тому.
– Бетани, позволь мне помочь, ведь ты больна.
Убийца преодолевает лестничный пролет.
– Уже недолго осталось. Тебя, наверное, мучают галлюцинации. Но скоро ты заснешь, и все кончится.
Свет впереди. Квадрат по форме двери. Квадрат – это чудесно, это четкая и твердая фигура. Мысль о твердости геометрических линий позволила Бетани преодолеть последние метры и войти в четвертую дверь. Теперь ее окружили шкафы с книгами. Но где-то здесь должен быть письменный стол… А на нем книга. Да-да, только сегодня днем она просматривала ее, но лишь сейчас поняла, что эта книга важна. Ведь в ней есть портрет убийцы.
Ряды книжных шкафов потеряли четкость. Они надвигались на нее, обступая со всех сторон. Ничего, тут недалеко, она успеет пройти, пока пол еще не превратился в виток ленты Мебиуса. Вот и стол, а на нем книга. Бетани открыла ее и беспомощно уставилась на первую страницу. Где-то здесь. Надо торопиться, убийца уже идет по коридору. Как же добраться до нужной страницы? Цифры – ее друзья, они помогут ей. Смотреть только на цифры. Непослушные пальцы переворачивали листы. Семьдесят девять, восемьдесят, восемьдесят один. Вот он – портрет убийцы.
