— Мне даже интересно стало сыграть твою Закиру. Бойкая она баба — прям, как я. Но у меня наклевывается рыбка пожирнее…
— Расскажи, — интересуюсь я, — тебе предложили роль?
— Да, и знаешь, кто напарник?
— Понятия не имею.
— Генри Гаррисон. Он сейчас как раз на пике популярности. Значит, и я укреплю свои позиции на кинематографическом поприще.
— Кто он, этот Генри Гаррисон?
— Ты что, серьезно не смотрела ни единого фильма с его участием? И даже не слышала о нем?
Я отрицательно мотнула головой, а Зойка закатила глаза.
— Обещаю, что исправлюсь. Как только будет время, непременно взгляну на твоего звездного коллегу, — даю слово, и естественно, через час забываю о своем клятвенном обещании.
Последние дни нашего пребывания в Греции проходят в относительном спокойствии. Артем проводит много времени в клинике на занятиях и массаже, Марк в разъездах по работе, Зоя откровенно бездельничает и «сидит» на телефоне.
Из обрывков разговоров становится ясно, что на роль, которая ей приглянулась, претендует много актрис, и если Ковец в ближайшее время не появится на кастинге, то упустит свой шанс. Девушка нервничает и хочет поскорее вернуться в США. Моя Виза будет готова на днях, и мне нужно лишь нанести «визит вежливости» в Американское посольство.
— Мне нужно кое с кем попрощаться, — говорю Зое, — скоро вернусь.
Она буркает в ответ что-то невразумительное и снова набирает очередной номер. Мой путь лежит к вилле, где теперь живет моя дражайшая подруга Джулия. Я о ней не забыла, мы переписывались в сети почти каждый день, так что все новости мне были известны.
Когда Аристотель узнал о беременности Джулии, то пришел в ярость от того, что она так долго скрывала от него новость. Врач обследовал возлюбленную «от и до» и остался доволен результатами исследований — здоровью матери и малыша ничего не угрожало. Только после этого Аристо выдохнул и начал сметать с прилавков детские вещи для своего сына.
Рыжеволосая девушка встретила меня с широкой улыбкой на лице, она заметно поправилась и беременность ей к лицу, Джулия просто светится счастьем, как маленькое рыжее солнышко. Ее уютная комната напоминает цветочный магазин — живые розы расставлены повсюду. Аристотель каждый вечер приносит ей очередной букет.
— Как же я рада за тебя! — говорю и крепко обнимаю сидящую в коляске красотку.
— А я за тебя! Ничего себе — в Америку летишь.
— Да, никогда бы не могла подумать, что моя жизнь повернется в сторону Запада. Но на то она и жизнь — непредсказуемая штука, — не знаешь, за каким поворотом найдешь свое счастье. Я счастлива. Я любима и люблю, лечу в замечательную страну, мои ноги ходят, и болезнь крепко спит. Что еще можно пожелать?
— Может, ребенка тебе не хватает для полного счастья? — улыбается Джулия и поглаживает свой животик.
— Знаешь, я не считаю, что единственная цель в жизни женщины — это деторождение. Может быть, когда-нибудь стану матерью, но не сейчас. Ближайшие годы хочу посвятить творчеству и помощи людям, страдающим хроническими заболеваниями. Подумываю организовать свой собственный фонд.
— Никогда раньше не встречала таких сердобольных людей, как ты, — всхлипывает Джулия, — не обращай внимания, я теперь почти постоянно плачу, беременные гормоны, чтоб их!
— Да брось, нас много таких неравнодушных к чужим страданиям, просто мы не кричим о своих заслугах на каждом углу.
— Наверное, так и есть. Желаю тебе огромной удачи, покори Америку, детка. Там открываются супервозможности. Ну, а мое место здесь, рядом с Аристо. Будешь еще в Греции, навести меня обязательно.
— Я не собираюсь покорять Америку, я не влюблена в нее, — улыбаюсь я, — лечу в Штаты в качестве туриста. И у меня совсем другая любовь.
— И какая же, позволь полюбопытствовать?
— Великобритания. Обожаю эту страну: величественный Лондон, он же туманный Альбион, чопорные дамы и манерные аристократы, ритуальные чаепития и зеленые лужайки, игра в регби, архитектура Англии, Биг Бен, Тауэр и Букингемский дворец. Я мечтаю попасть на оживленные улицы Лондона и увидеть все собственными глазами. Погулять по Кенсингтону и Челси. Могу говорить об этой великой стране часами, но вряд ли тебе будет интересно, вообще мало кто понимает мою безграничную любовь к Соединенному Королевству.
— Лучше синица в руках, чем журавль в небе, довольствуйся Америкой, Аленка, и не чуди, — отмахнулась Джулия.
— Мечтать-то мне никто не запретит, — пожимаю плечами и загадочно улыбаюсь, — когда-нибудь я побываю в стране, язык которой знаю лучше, чем некоторые британцы.
— Держись за своего бойца ММА и не спускай с него глаз, а то эта драная кошка Зойка снова затащит его к себе в койку. Не нравится мне вся эта ситуация, я имею в виду, что будете жить все вместе в одном доме. Любовный четырехугольник какой-то!
— Мне тоже не нравится, но иных вариантов нет. Я доверяю Артему целиком и полностью. Мне кажется, он не способен на предательство. Что ж… Поживем — увидим. До свидания, Джулия! В следующий раз встретимся уже втроем: ты, я и твой малыш, — улыбаюсь и глажу ее маленький животик.
