— Мы с твоим отцом продолжали переписываться по электронной почте раз в месяц после того, как развелись. Он знал, что ты еще не была готова установить со мной контакт, но он хотел, чтобы я наблюдала за твоим взрослением, пусть издалека, и только на фотографиях и видео. Он всегда был таким добрым. Он никогда не держал зла долго. — Задумчиво говорит она, но все, что я чувствую, это предательство из-за того, что мой отец давал этой женщине знать о моем благополучии.
Она не заслуживала ни капли его милосердия. Но она права. Мой отец никогда ни к кому не питал ненависти в своем сердце. У меня, с другой стороны, ее в избытке.
— В прошлом месяце, когда он не связался со мной, я забеспокоилась, — продолжает она. — Поскольку у нас все еще были общие друзья в Детройте, я связалась со всеми, с кем могла, чтобы узнать, все ли у вас обоих в порядке. Но, думаю, я опоздала. Мне жаль, что я не смогла приехать вовремя на похороны, — заявляет она, и это звучит на самом деле извиняющимся тоном.
— А мне нет. Поверь мне, твое отсутствие не ощущалось.
— Может быть, это и так, но мне все равно жаль, что меня там не было. С тобой должна была быть семья.
— У меня есть моя семья, — огрызаюсь я, мой позвоночник внезапно выпрямляется, когда я противостою ей.
— Да, я вижу, — размышляет она, глядя мне за спину.
Я бросаю взгляд через плечо и вижу, что Логан стоит на пороге нашей гостиной. Должно быть, он был там все это время, желая убедиться, что будет рядом на случай, если он мне понадобится. Я хочу улыбнуться его заботе обо мне, но присутствие моей матери лишает меня любых теплых чувств, которые я могу испытывать.
— Я буду в городе следующие пару дней, и я хотела спросить, не хотела бы ты пообедать со мной. Может быть, завтра, когда ты не будешь так занята, — добавляет она, рассматривая мой халат до колен и растрепанные волосы Логана.
Если она пытается получить представление о моей жизни такой, какая она есть сейчас, мое лицо ничего не выдает.
— Я остаюсь до пятницы. Я была бы рада, если бы ты смогла приехать и, возможно, познакомиться с Карой, если ты готова к этому.
Я прикусываю внутреннюю сторону щеки при упоминании имени моей младшей сестры.
— Хорошо, — уныло бормочет она, ее глаза устремлены на мое лицо, ожидая, что я скажу что-нибудь в ответ. Когда она понимает, что я сказала все, что должна была ей сказать, она признает этот ужасный визит поражением. — Думаю, я сейчас уйду, но я действительно надеюсь, что ты передумаешь, Валентина. Я знаю, что не была матерью, которой ты заслуживала, но я бы хотела, чтобы мы узнали друг друга получше. Может быть, даже стали друзьями. Я не буду просить о большем, чем это.
— Ты вообще не должна ничего просить. Ты потеряла это право много лет назад.
— Я знаю, но это все равно не удержит меня от вопросов. — Она пожимает плечами со смущенной улыбкой.
Она начинает проходить мимо меня, но замедляет шаг, оказавшись со мной плечом к плечу, как будто хочет протянуть руку и прикоснуться ко мне. Я отворачиваюсь от нее на случай, если желание сделать это возрастет. Принимая мой молчаливый упрек, она продолжает проходить мимо меня и останавливается только тогда, когда доходит до Логана.
— Ты парень Вэл?
— Да, — невозмутимо отвечает он тем же холодным тоном, который я использовала по отношению к ней.
— Я так и думала. Спасибо, что был здесь ради моей дочери. Я уверена, что она так же благодарна, как и я.
Она подходит к двери и открывает ее, но прежде, чем сделать следующий шаг, она оборачивается, чтобы сказать что-то еще. Именно в этот момент Куэйд решает спуститься по лестнице в своих спортивных штанах и ни в чем другом. Она в замешательстве хмурит брови, переводя взгляд на Логана, а затем снова на меня. Куэйд останавливается как вкопанный и скрещивает свои мускулистые руки на груди, ожидая, что она что-нибудь скажет.
Она этого не делает.
Она просто выходит за дверь, ее губы сжаты в тонкую линию, не произнося больше ни слова. Когда дверь наконец закрывается, все мое тело начинает дрожать. Логан бросается в мою сторону с рекордной скоростью.
— Детка, ты в порядке? — С любовью шепчет Логан, успокаивающе проводя рукой по моим волосам.
Я киваю, что да, но мое дрожащее тело не соглашается.
— Это была та, о ком я думаю? — Спрашивает Куэйд, подходя ближе ко мне.
— Хм. Это была моя мать.
— Господи. Как ты держишься, детка?
— Как будто кто-то только что вонзил нож в мое сердце и провернул его. — Притворно смеюсь я.
— Звучит так, будто это чертовски больно, — беззаботно отвечает Куэйд, и я хихикаю над его попыткой поднять настроение.
— Она сказала мне, что у меня есть сестра.
— Я слышал, — говорит Логан. — Ты хочешь с ней познакомиться?
— Вы бы стали думать обо мне хуже, если бы я сказал, что да?
— Нет. Это понятно. То, что твоя мама была первоклассной стервой, бросившей тебя и твоего отца в тяжелые времена, не означает, что ты можешь так же легко отключиться от своих чувств, когда дело касается младшей сестры, о существовании которой ты даже не подозревала.
