Он обнял меня своими тяжелыми шершавыми ладонями, и мы еще долго наслаждались видом сказочной поляны. Где-то над головой на все лады щебетали птицы, а по шляпкам грибов, всюду видневшимся из зеленой травы, играя в догонялки, скакали кузнечики.
В тот момент я ощущала себя первооткрывателем, как Христофор Колумб, ступивший на берег Америки, или Юрий Гагарин, восторженно рассматривавший Землю из космоса. Это было одним из самых ярких впечатлений детства. Сейчас же, стоя посреди пиратских сокровищ, которые, наверняка, искали всем миром не одно столетие, я не чувствовала ничего кроме удивления и усталости. Как же так?!
Прихватив с собой несколько монет, я снова вскарабкалась на уже освоенную мною гору из мешков. Только теперь под ногами заметила щепки. Видимо, проход был замаскирован какими-то деревяшками, присыпанными камнями, но дерево прогнило и не выдержало моего веса.
Сначала отправила наверх свое снаряжение, а затем, дотянувшись до руки Ника и сама была вытянута из золотого хранилища.
Забираясь, я забыла про разодранную ладонь и перенесла на нее вес. Мелкие камни словно того и ждали – впились в открытые раны, и я взвыла от боли. Из глаз брызнули слезы. Ник подтащил меня к себе, и я уткнулась головой в его плечо, все еще морщась и закусывая губы.
– Тиши, тише. Сейчас пройдет, – успокаивал он меня, убаюкивая, как ребенка. Я подняла голову и его ладони тут же обхватили мое лицо, нежно касаясь горячими пальцами мокрых скул. – Как же ты меня напугала! Никогда так не делай больше! – всегда собранный и уравновешенный Ник был на грани. Голос то срывался до крика, отражаясь эхом, то затихал до хриплого шепота. В нем смешалось все: боль, нежность, агрессия, отчаяние. – Я не смогу жить без тебя. Понимаешь?
Я понимала, потому что чувствовала тоже самое.
Его сухие горячие губы в уже привычной темноте нащупали мои, вздрагивающие, холодные и соленые от слез, которые все не желали останавливаться. Сжимая и кусая до боли, мы изучали друг друга на вкус, пока не начали задыхаться от возбуждения. Ник снова прижал меня к своей груди, глубоко вдыхая запах моих волос, а я закрыла глаза и наконец расслабилась, слушая ритмичное биение его сильного сердца.
Мы с трудом оторвались друг от друга. Покинуть эту мрачную пещеру хотелось уже невыносимо. Дневной свет был совсем близко. Вот только проход оказался частично завален. Чтобы пройти, пришлось разгребать камни. Ник не хотел меня подпускать к этому занятию, но я настаивала, уверяя, что буду поднимать только те, которые мне по силам.
Спорила я зря, сил во мне оказалось чертовски мало. Как же было обидно, что я такая слабая и ничем не могу помочь.
Ник залез наверх и скинул оттуда несколько увесистых булыжников. В это образовавшееся отверстие мы и пролезли. Пещера сузилась до едва проходимого коридора, свернула за угол и нас ослепил яркий дневной свет. Привыкшие к темноте глаза сжались до двух маленьких щелок. Еще несколько шагов и в лицо ударил поток теплого воздуха с ароматами зелени, трелями птиц и прилипающими к влажной коже надоедливыми насекомыми, к которым я была жутко рада снова вернуться.
Все еще жмурясь от солнца, я огляделась по сторонам. Мы вылезли из расщелины посреди какой-то горы, утопающей в растениях.
– Куда дальше? – растеряно схватила за руку Ника.
Ноги подкашивались. Стоя на краю я жутко боялась оступиться. Все тело ломило от полученных ушибов, но взваливать еще и эти вопросы на не менее уставшего чем я мужчину мне не хотелось.
– Бросаем снаряжение, – Ник буквально вырвал из моих рук прижатые к сердцу любимые ласты и кинул в образовавшуюся кучу с баллонами и жилетами. – Поднимаемся на гору, там будет дорога, которая ведет к берегу.
– Где мы вообще?
– В закрытой части заповедника. Здесь почти не бывает туристов, – Ник задумался, осматриваясь по сторонам, затем отчего-то самодовольно улыбнулся и прижал меня к себе. – Ну, кроме тех, что забрели случайно, как мы.
Мужчина сделал уверенный шаг в сторону, упираясь босой ногой в ствол молодого дерева, попружинил на нем, испытывая на прочность, и протянул мне руку.
– Давай, Русалочка, не дрейфь, гора не очень крутая, прорвемся.
На мужском лице просияла шальная улыбка на миллион долларов, вот он – настоящий любитель приключений! Глядя на него, даже я как-то незаметно взбодрилась.
Мы карабкались по горе около получаса. Голову так напекло, что казалось, заверни в мои волосы яйцо, оно там сварится. Солнце нещадно лилось даже сквозь шапки деревьев и высокий кустарник, через который приходилось пробираться. Он то облеплял нас листвой на манер банного веника, то царапал сухими колючими ветками.
Пить хотелось невыносимо. Пещера с сокровищами за бутылку воды!
Мы уже давно расстегнули и наполовину приспустили гидрокостюмы, чтобы не расплавиться в них заживо. Благо дело, под ним у меня имелся купальник. Если честно, в этой ситуации я была готова идти и голышом, лишь бы выжить.
