У меня внизу живу уже сладко ноет. Бабочки летают, пархая своими крыльями задевая самые чувствительные места. В трусиках уже мокро. Нет, мы дома были, спали всю ночь вместе, я не хотела секса, просто спали в обнимку, хотя всю ночь его огромный член упирался в мою попу, но мы просто спали. А сейчас на работе, в его кабинете, вместо работы я хочу его! Теку уже! Боже, что со мной? Я не могу контролировать свои действия, Алекс стоит напротив, ничего не делает, говорит по телефону, пока мои руки распознают его крепкие мышцы, растегиваю джинсы, спускаю вместе с боксерами, член тут же выпригывает упираясь мне в лицо. Рот наполняется слюной, сглатываю. Голос Алекса становится мягким и тихим.
— Ты что делаешь? Решила сума меня свести? — он убирает с уха телефон, наклоняется, говорит мне шопотом, большой стон вырывается из его уст, когда я рещаю облизать головку, попробовать на вкус. Похоже рядом с ним я стала манячкой, сексуальной маньячкой.
— Я потом позваню, — он выыключает телфон, швыряет на стол, рукой гладит мои волосы. Я вбираю в рот головку, чувствую на языке солоноватый вкус, который не вызываает во мне брезгливость, поднимаю глаза на него, он смотрит опяьнеными глазами. Рукой нежно поглаживаю член от основания до конца, потом опять вбираю в рот уже на всю длину, облизываю, мне нравится что его тело начинает дрожать от моих действий, я медленно начинаю сосать, но глубоко не могу впустить его член, просто потому что он огромный, он не поместится. Ага, не поместится. Алекс хватает меня за волосы, толкается глубоко, начинает двигатся, я продолжаю сосать, слюни текут по подбородку вниз по шее, я как сумашедшая, мне нравится, от этого я возбуждаюсь, сосу и борюсь со рвотными позывами. Он замедляет свои джвижения, выходит, берет меня на руки.
— Сумашедшая моя, — впивается в губы и ложет на диван, раздвигая коленом ноги, — какого черта на тебе колготки?
— С некоторых пор я перестала носить чулки, — он снимает с меня туфли, колготки, даже удивляюсь что не рвет, юбку, трусики, раздвигает ноги и скользит внутрь. Громкий стон вырывается из наших губ. Толчки Алекса как всегда грубые, глубокие, жадные, быстрые.
— Я никогда не настытюсь тобой……- приподнимаю попу и толкаюсь вперед, навстречу его движениям, — да вот так, — он рычит не своим голосом. Наши мокрые хлюпанья летают по всему кабинету, — какая же ты мокрая, скользкая.
Мои ноги он ставит себе на плечи, и кажется сейчас он порвет меня, настолько глубоко входит. Я вскрикиваю от наслаждения, через минуту бешенных движений мы оба кончаем, вместе. Он наваливается сверху, стараясь не давить своим весом, зацеловывает меня всю.
— Как же я тебя люблю. Моя сладкая, вкусная, — стук двери заставляет его спрыгнуть с меня, — я занят, — кричит он и поправляет на себе одежду, — подойдете через десять минут, — протягивает мне вещи, помогая надевать капроновые калготки.
— Одевать — похоже это не твой удел, — смеюсь, выхватывая с его рук колготки.
Стук в дверь повторяется, я отклдываю колготки, быстро одеваю трусики, юбку, сапоги и прохожу в туалет.
— Я подожду там, — скрываюсь за дверью.
— Входи.
— Простите, но это срочно! — говорит наш бухгалтер, и они обсуждают свои цыфри около полу часа, за это время я успеваю привести себя в порядок.
***
Девочки на собеседование приходят во время.
— Я так рада, я просто счастлитва, что есть еще компании, которые готовы принять на работу после тридцати пяти! — говорит одна из них, — а то куда не пыталась устроится, всем нужны молодые, без детей! А тут наткнулась на ваше объявление, была приятно удивлена!
Да, все трое подходят нам, рассмотривая резюме каждой, я поняла, что не смогу сделать выбор сама. А поэтому я их по очереди посылаю в кабинет Алекса. Каждая выходит с расстроенным видом. Но когда и последняя выходит, со словами, что она не подходит, я взрываюсь, залетаю к нему в кабинет.
— Это как понять? Ты сам просил найти человека, девочки с такой надеждой шли сюда, они все….. да ты видел их резюме? читал? по какой причине они не подходят? — он раскачивается на своем кресле, как ни в чем не бывало, довольно улыбаясь, внимательно слушает, — или тебе нужны только молоденькие? с накаченными губами и сиськами? — он тут взрывается в смехе.
— А говоришь не ревнуешь? — встает подходит, обнимает.
— При чем тут ревность? Из троих ты никого не выбрал! Никого! — аа до меня доходит, — может ты передумал и я остаюсь работать, до родов?
— Нет, я не передумал, я лишь удостоверился, что ты ревнуешь! А ревнуют любимых, — целует мое лицо, — бросай это дело, пошли со мной, время обеда, спустимся вниз у меня есть для всех объявление, — тянет за руку к выходу.
— Подожди, а девочки? Я всем сказала ждать, они там сидят, ждут, — мы выходим в приемную, где все трое нас ждут.
— Я вам перезвоню, после выходных, еще раз изучу ваше резюме, повнимательнее, — говорит Алекс, девочки прощаются, уходят.
— Алекс, ты же правда выберишь кого нибудь из них? — они все замужем и дети есть, я надеюсь что он выберит одну из них.
— Да, да, пошли, — тянет меня вниз.
