Свет нигде не горит, значит спит. Время на часах которые висят в гостиной, показывают семь. Фух. Пусть спит. Пробираюсь в душ, снимаю с себя вещи, ложу их в мусорный пакет, чтоб мама не увидела. Кажется его запах пробрался мне под кожу. Пахну
— Боже! — сама себе рот закрываю рукой, когда вижу на ягодицах синяки, следы
Внезапно нахлынывают воспоминания, после которых я пошла на этот шаг. Слезы текут рекой, комок в горле обещает задушить меня. Больно, очень больно. В груди будто большой тяжелый камень, давит. Сползаю вниз по стенке, сажусь на холодный кафель. Даю волю слезам.
— Дочка! Нина! Ты вернулась? — слышу мамин голос за дверью.
— Да мама, шас уже выхожу.
Заканчиваю с водными процедурами, выхожу и попадаю в объятия мамы. Сердце разрывается.
Она гладит меня по спине. Успокаивает, от неё веет теплом. Проходим в гостиную, садимся на диван.
— Извини, что заставила тебя волновался, — крепко обнимаю её.
— У тебя такой вид, где ты была!? — спрашивает.
— Можно я не отвечу. Голова раскалывается.
— Ты не спала всю ночь? — гладит меня по волосам.
— Можно сказать нет.
— Хочешь чаю, кофе? Что тебе сделать?
— Ничего не хочу. Таблетку от головы, и спать.
— Придётся спать в моей комната, — говорит и встаёт за таблеткой, — в твоей спит Валя. Как ни уговаривала, не поехала домой. Не оставила меня, — протягивает мне таблетку и воду. Глотаю, целую её и прохожу в её комнату. Забираюсь под одеяло и проваливаюсь в сон. Как говорила Скарлет Охара: Об остальном я подумаю завтра. Вроде так.
Просыпаюсь от того, что кто то тарабнит дверь, готовый снести его вместе с рамой.
Господи, где мама почему не открывает дверь? Встаю, нахожу тапочки, выбираюсь из комнаты. Как же больно ходить. Валя, мама и уже Маша сидят на диване в гостиной и смотрят в сторону входной двери. А главное никто из них и не думает встать открыть ее.
— Что происходит? — они разом поворачиваются ко мне.
— Ооо, ты проснулась? Прости нас, — ко мне подбегает Валя.
— Там этот, твой… Игорь, — еле слышно говорит мама.
— Может вы поговарите? — Маша встает и идет ко мне, — мы так и не поняли, что произошло, никто ничего не говорил.
— Я видеть его не могу, — слезы срываются с моих глаз, — он предал меня, растоптал…
— Дочка, может скажешь в чем дело? Я даже не знала, что говорить гостям. Благо Игорь взял на себя эту проблему?
— Игорь? — сквозь слезы повторяю, а дверь шас и по правде снесут. Иду открываю дверь.
— Ппривет, — говорит он, — я звонил тебе у тебя выключен телефон. Можно войти? Амаль… нам надо поговарить.
— Какое ты теперь иммешь право приходить сюда? Уже ничего, слышешь ничего не изменит, то что произошло.
— Я все объясню.
— Не перебивай! Послушай меня. Ты все эти годы врал мне и изменял! То есть то, что сделал продуманный, осознанный поступок. Это твой выбор.
— Амаль, — пытаеться что то сказать.
— Никогда в своей жизни не смей приходить в мой дом. Требовать что то, ты не имеешь право. Никакого права.
— Амаль…пожалуйста…я тебя люблю, это правда.
— Ага, любишь меня, а трахаешь другую, — сердце шас выпрыгнет из груди, — уходи.
— Амаль…
— Прошу тебя уходи…больше никогда не приходи. Мое решение не изменится.
— Амаль…
— Уходи, — захлопываю дверь. Поворачиваюсь назад, все трое стоят молча смотрят на меня.
— Это правда то, что мы слышали? — спрашивает мама. Я молча киваю, и даю волю слезам. Мама берет за руку, помогает сесть на диван, они вокргу садятся меня. А я…реву, плачу громко, как маленький ребенок, мама гладит мои волосы:
— Поплачь станет легче.
— Нет, почему она должна плакать!!!! — Валя встает, — он ничтожество, не достоин чтобы ты так из-за него рвала душу! Прекрати убивать себя.
— Не слушай ее, плачь, — твердит Маша, — станет легче.
Маша протяивает мне стакан воды, когда я успокоиваюсь.
— Все пройдет, время лечит.
— Я пошла тогда к нему…..хотела помочь, думала нужна будет помощь…
— Можешь не рассказывать, если больньо, — говорит мама.
— А там, она Зоя, сидит на нем, — опять всхлип, — полуголая… такое я даже в кино не видела.
— Господи, девочка моя…..все, дальше не стоит, — мама еле сдерживает слезы.
— Мама, что я сделала не так? За что такое наказание?
— Девочка моя, — лишь тихо и могла сказать мама.
— Я сделаю нам кофе! — Валя встала и прошла на кухню. Мы следом.
— Спасибо девочки, что в такой тяжелый период моей жизни. не бросили меня. Не оставили маму одну.
— Прекрати, а для чего тогда мы нужны? — в один голос сказали Маша с Валей.
— Хорошо, что вы у меня есть.
Сколько мы просидели, попивая кофе не помню, пока я опять не захотела спать. Сон-это единственное место, где можно спрятатся от реальности.
Некоторые, когла расстаются, переживают, вообше не могу уснуть. Меня это не касатеся и я очень этому рада.
Только спала и плакала.
Ком в горле, обешал задушить. Обида тяжелым грузом давила на грудь. Так больно никогда не было.
Меня заполнила пустота.
И если бы не болезненые ошушения внури меня там, чувство жжения, я бы никогда не выбралась из квартиры.
