В воскресенье, после вечеринки Джаро, мы сделали следующий шаг в наших отношениях. Чейз дал мне ключ от своего дома и ключ от гаражных ворот. Я дала ему ключ от своей квартиры. Мы проводили время на работе, — у мамы и папы с Малахией, занимаясь своими повседневными делами, Чейз, к примеру, ездил в бассейн в Шантел, я ходила в спортзал, — а день заканчивали в одной из наших кроватей. Но каким бы ни выдался день, мы всегда заканчивали его вместе.
Хотя Чейз еще не поделился своими темными секретами, теперь я узнала его еще лучше: как он относился к Малахии и моим племянникам, как легко общался с моими родителями, как заботился обо мне. Так что, какие бы секреты он ни скрывал, они меня не смутят.
Я была влюблена. Не в образ. Не в мечту. А в хорошего человека, которого не отпускали демоны прошлого, но который с уважением относился к моим родителям, с добротой и великодушием к едва знакомым мальчикам, а ко мне, как к бесценной драгоценности.
Зная, что он у меня дома готовит запеченную картошку к стейкам на гриле, я не стала возиться с ключом. Повернув ручку, я, ухмыляясь про себя, вошла в квартиру, с нетерпением ожидая вечера, посвященного только нам, и не имея ни малейшей подсказки, что познакомлюсь с совсем незнакомым Чейзом.
Закрыв дверь, я увидела, как Чейз стоит у моего компьютера, уперев руки в бедра, и выглядя сексуально.
Я начала улыбаться, но когда Чейз заговорил, улыбка исчезла, сменившись замешательством.
— У меня есть девушка?
Я склонила голову набок.
— Что?
— У меня есть девушка, — и что-то в том, как он это сказал, в его тоне, выражении лица, позе, заставило меня напрячься.
— Э-э… — замялась я, когда он больше ничего не сказал, — думаю, что есть. Раз это я.
Он кивнул на мой компьютер, и сказанное им дальше, заставило меня понять, что я напряглась недостаточно.
— Твои друзья Бенджи и Серенити думают о ком-то другом.
О, нет.
Ох, frak!
Я совсем забыла. Была так занята, проводила столько времени с Чейзом, у родителей, что уже несколько недель не разговаривала со своими друзьями.
Я отправила несколько электронных писем с краткими новостями и напоминанием, чтобы они отступили от своих расследований.
Но не рассказала им о Чейзе отчасти потому, что у меня не было времени на подробные объяснения. Но также отчасти потому, что хотела держать эту новость при себе, пока не удостоверюсь, что наши отношения продлятся, что они реальны, а потом уже рассказать обо всем им. Мне еще предстояло признаться о своей лжи о выдуманной девушке Чейза. И когда они узнают об этом, то рассердятся, что я солгала им, но будут на седьмом небе от того, что Чейз со мной. И я не хотела, чтобы они радовались заранее, пока мои мечты, которыми я делилась с ними годами, не станут реальностью.
И вот снова. Вранье всегда, всегда влекло за собой неприятности.
— К… как…? — начала я, но Чейз прервал меня.
— Хотел посмотреть время игры, но как только ублюдок загрузился, повыскакивали экраны. Они сходят с ума, детка. Безумно. Ты не выходишь на связь, но не объясняешь, почему. А у них есть, что тебе рассказать, — он подался ко мне, и то, как он это сделал, заставило меня слегка отступить, хотя Чейз стоял в десяти футах от меня, — об Элите.
О-оу.
— Чейз… — прошептала я, но больше ничего не сказала, потому что он потерял голову.
Я поняла это, потому что он взревел… да… на самом деле… взревел:
— Ты, бл*ть, совсем рехнулась?
Мое сердце дико заколотилось о грудную клетку.
— Чейз…
— Снимай свое гребаное пальто и отойди от двери, — прорычал он, и моя голова дернулась.
— Чт… что?
— Снимай…
Он сделал шаг ко мне, и я отступила назад.
— Свое…
Он сделал еще шаг, и я тоже.
— Гребаное…
Еще шаг — мой и его.
— Пальто.
— Зачем? — прошептала я и продолжила отступать, когда он добрался до двери и остановился.
С зачарованным ужасом я наблюдала, как он щелкнул замком и надел цепочку, а затем повернулся ко мне.
— Сделай это, Фэй.
— Ты меня пугаешь, — тихо сказала я.
— Да? — спросил он, резко склонив голову набок. — Хорошо, — рявкнул он.
— Это нехорошо, — прошептала я.
— О нет, дорогая, это хорошо, — прошептал он в ответ. — Сейчас ты должна меня бояться. Потому что я дико зол. И я дико зол, потому что ты со своей бандой изгоев делаете нечто настолько ох*енно глупое, что я даже не могу тебе объяснить, насколько это глупо. И причина этой глупости в том, что она опасна.
— Чейз, это…
Он прервал меня, выпалив:
— Это — что?
— Мы… — попыталась я снова, но он опять прервал меня, прежде чем я успела произнести хоть пару слов.
— Вы — что?
— Пожалуйста, позволь мне договорить.
Он не позволил.
Наклонившись вперед, он прогремел:
— Мисти умерла из-за этих мудаков.
— Я знаю, — прошептала я.
— Значит, после ее смерти, ты и двое твоих приятелей подумали, что было бы разумно поиграть с огнем? Иисусе, Фэй, как, твою мать, ты могла быть такой охеренно тупой?
— Я сказала им отступить, — спокойно возразила я.
— А они этого не сделали, — парировал он. — У них есть имена, Фэй, у них есть много имен, и всего этого у них быть не должно. Они не должны этого знать. Этих двоих я не знаю, но я знаю тебя.
Он ткнул в меня пальцем.
