— Ты, должно быть, Картер, — она поет песни, ее голос, богатая мелодия, которую я никогда не смогу запечатлеть своей камерой.
— Валентина.
Она откидывает выбившуюся прядь черных волос со своего лица в форме сердца, и в моем воображении я беру каждый стоп-кадр и помещаю его в рамку у себя на стене. Всего за несколько секунд в ее присутствии Валентина Росси воплотила в себе все музы и вдохновения, которые у меня когда-либо могли быть.
Она будет моей Эди Седжвик для моего Уорхола.
Моя Мэрилин Монро.
Моя Елена Троянская.
Лицо Валентины достойно того, чтобы спустить на воду тысячу кораблей и развязать войну, чтобы удержать ее.
И когда я смотрю на выражения лиц моих лучших друзей, я задаюсь вопросом, переживет ли наша дружба предстоящую битву.
ГЛАВА3
СЕЙЧАС
ЛОГАН
— Джейк, дружище. Сейдж Инкорпорейтед сейчас в моде. Я советую всем своим клиентам покупать. — Мой голос такой фальшивый, что я съеживаюсь на своем месте. Передо мной пять экранов, на каждом из которых либо разные каналы финансовых новостей, либо прокручивающиеся по экранам строки о разных акциях.
— Сейдж Инкорпорейтед? — Джейк Макалистер повторяет в ответ. По его тону я могу сказать, что он никогда не слышал об этой компании. Но именно за это они платят мне большие деньги здесь, в Инвестиции Чандлера. Я не зря стал партнером за пять лет.
Жаль, что я чертовски ненавижу эту работу.
Пять минут спустя Макалистер дал мне добро на покупку акций Сейдж стоимостью в полмиллиона, и я вешаю трубку, откидываясь на спинку стула. Можно подумать, что я только что пробежал марафон, учитывая, насколько чертовски измотанным я чувствую себя после простого телефонного звонка.
Я выглядываю на улицу, думая, может быть, я смогу прогуляться, чтобы прояснить голову. Я удивлен, увидев, что снаружи, похоже, муссон. Я даже не заметил, что становится облачно.
Думаю, я могу спуститься в кафе.
Черт, это не вариант. Мариса может быть там, внизу. Я совершил ошибку, переспав с маленькой блондинкой после того, как она несколько месяцев преследовала мой член так, словно он был последним на Земле. Просто урок, что вы не должны гадить там, где вы работаете. Я не звонил ей после нашей совместной ночи, и, судя по взглядам, которые она бросает на меня каждый раз, когда я ее вижу, для нее не составит труда отравить мой кофе.
Это полный отстой.
Раздается стук в мою дверь.
— Войдите, — кричу я, выпрямляясь в кресле на случай, если это один из моих коллег-партнеров.
Я откидываюсь назад, когда Таня, моя секретарша, заглядывает в кабинет. Таня, одно из лучших решений, которые я принял в этой фирме. В ее пятьдесят с небольшим мне никогда не приходилось беспокоиться о том, что она попытается залезть ко мне в штаны. Она относится к своей работе так же серьезно, как и я, и это одна из причин, по которой я нахожусь в этом месте. Я забочусь о том, чтобы ее рождественская премия каждый год показывала, как сильно я ее ценю.
— Что будешь на обед? — Спрашивает она, как умеющая читать мысли, которой она и является. Она входит и вручает мне стопку писем. Я случайно бросаю взгляд на верхний конверт, когда беру его у нее, и мое сердце замирает. Как будто из комнаты высосали весь кислород, и весь мой мир сосредоточился на изящных буквах на этом письме. — Сэндвич, — слышу я еле слышно, и я выдергиваю себя из прошлого обратно в настоящее, где Таня, очевидно, только что спросила меня о чем-то.
Она странно смотрит на меня, и мне интересно, что она видит прямо сейчас. Я начал потеть, и у меня такое чувство, что у меня вот-вот случится сердечный приступ.
— Логан? — Спрашивает она, и на этот раз ее голос звучит обеспокоенно.
— Да? — Спрашиваю я, слыша, как высоко звучит мой голос.
— Все в порядке? Я спросила, не хочешь ли ты свой обычный сэндвич из гастронома дальше по улице.
— Эм, да. Все в порядке, — отвечаю я, прочищая горло и пытаясь восстановить самообладание.
— Будешь сэндвич? — Нажимает она, все еще глядя на меня так, как будто я сошел с ума.
— Нет. Я думаю, что на самом деле собираюсь прогуляться сам. — Я встаю из-за своего стола.
Таня многозначительно смотрит на улицу, где льет как из ведра.
— Сейчас?
Я одариваю ее своей фирменной улыбкой, которая, как было доказано, заставляет дам падать в обморок повсюду. Похоже, это на нее не влияет.
— Небольшой дождь еще никому не повредил, — отвечаю я, хватая письмо из стопки.
Ее взгляд отслеживает мои движения, но она ничего не говорит. Просто еще одна причина, по которой я люблю эту женщину.
— Я скоро вернусь. Или, вообще-то, я мог бы поработать дома до конца дня, — говорю я ей, бросая ноутбук в портфель вместе с письмом.
С чего бы ей писать мне?
Слова путаются в моей голове снова и снова. Мое сердце продолжает бесконтрольно биться, а зрение кажется немного затуманенным.
Возможно, у меня сердечный приступ. Но, может быть, именно это и происходит, когда бывшая любовь всей твоей жизни пишет тебе гребаное письмо спустя десять лет.
