Смазав руки массажным кремом, он начал поглаживать шею, плечи, спину, готовя мышцы к растиранию и разминанию. Сначала его движения были похожи на касание пёрышка, затем становились интенсивнее. Так, усиливая воздействие и расслабляя, он добился того, что мышцы превратились в податливый пластилин. Слава мужественно молчала, прикусив губу. Порою было больно, но потом наступало облегчение. Тело горело, а сильные руки всё работали и работали, не зная отдыха.
— Ты жива? — заботливо спросил Юрий, завершая сеанс ласкающими поглаживающими движениями.
— Частично, доктор. Там кожа осталась? — сонно ответила Слава.
— Даже не знаю. Ты похожа на поросёнка. Такого славного розового поросёночка, — он коснулся губами шеи за ушком. — Ты почти убила меня.
Его ладони обхватили тонкую талию Славы и плавно поползли вверх, губы покрывали поцелуями спину.
— Достаточно, — прерывисто выдохнул он и поднял халат, закутывая в него девушку. — Надо побыть в тепле.
— Согласна. Согрей меня, — почти простонала Слава и повернулась на спину.
Державшийся на плечах халат не скрывал ничего. Белоснежная грудь, плоский живот с маленькой впадинкой пупка, кромка голубых кружевных трусиков вызвали у Юрия ответный стон желания. Его и без того возбуждённое тело уже не слушалось. Глаза пожирали откровенную наготу. Слава протянула руки и, ухватившись за шею мужчины, потянула его на себя. Он упёрся локтями в матрас, не позволяя совратить себя окончательно.
— Плохая идея, но очень заманчивая, — шепнул он ей в губы. — Предлагаю воздержаться.
— Издеваешься? — наигранно обиженно произнесла Слава, ловя его губы своими губами. — После всего того, что ты сделал с моей спиной, ты просто обязан закончить начатое.
Она смотрела в его серые сияющие глаза и видела в них себя, полыхающую в огне. Закопавшись пальцами в густые волосы, Слава притянула сопротивляющегося мужчину ещё ближе и завладела, наконец, его губами так, как хотела, страстно, жарко, жадно. Он пытался быть стойким, но медленно сдавался, прижимаясь всё ближе, вытягиваясь рядом.
— Мы же друзья, — напомнил он, потершись кончиком носа о кончик её носа.
— Угу. В лечебных целях, доктор, — ответила Слава и запустила руки под его футболку. Ладони робко коснулись напряжённого тела, скользнули к груди, переместились на спину. — Доктор, вам надо лечиться. У вас мышечный спазм. Доверьтесь мне. У меня медицинский диплом широчайшего профиля. Я могу всё.
— Даже не думай. Тебе нельзя сейчас напрягаться.
— Фу, доктор. Вы слишком много болтаете, — девушка провела пальцами по краю пояса брюк, добралась до пуговицы и расстегнула её, потом потянула за язычок молнию. — Упс. Как неаккуратненько получилось.
— Слава, не искушай. Я не всемогущий. Долго не продержусь, — взмолился Юрий, чувствуя, что вся кровь устремилась в одно единственное место и переполнила его до боли.
— Согласна. Мы долго не продержимся. Не сопротивляйся. Сделай нам хорошо. Ты же можешь.
— Подожди минуту. Кто-то из нас должен быть ответственным, — прерывисто шепнул он и поднялся с кровати. — Сейчас вернусь. У тебя всё ещё есть шанс передумать.
Она не передумала. Вернее, Слава вообще ни о чём не думала, потому что желание затмило разум. В ожидании пока мужчина вернётся в комнату, она превратилась в наэлектризованный комок нервов, кожа стала невероятно чувствительной. Прохладный воздух комнаты добавлял мучений. Когда же Юрий остановился в дверях, с восхищением пожирая её глазами, девушка протянула руку, приглашая разделить дождливый летний вечер, согреться в объятиях друг друга и забыть на время все проблемы.
— Ты прекрасна, — нежно произнёс он, медленно подходя к кровати. Спешить было некуда. Женщина, завладевшая его разумом, в эту минуту никуда не собиралась убегать. Разлука будет завтра, а сегодня жизнь дарила шанс. Подцепив футболку, он стащил её с тела и бросил на пол, рядом упали брюки. Маленький блестящий пакетик сверкнул в пальцах.
— Ты прекрасен, — шепнула Слава, восхищаясь его ладно скроенным телом, перекатывающимися мышцами под гладкой кожей. — Иди ко мне, доктор Юр.
— Прекрати меня так называть. Накажу, — усмехнулся он, опускаясь на постель рядом с ней.
— Ой-ёй, напугал. Я тебя не боюсь, — улыбнулась девушка, любуясь его мужественным лицом. — Мы заслужили эту ночь.
— Помолчи…
Он закрыл ей рот поцелуем, сминая жаждущие удовольствия губы. Сдерживать чувства не имело смысла. Страсть вспыхнула и закружила в стремительном вихре, унося от реальности. Затерялись в стороне тайны, недомолвки, тревожные мысли. Осталось лишь наслаждение, как лекарство. Мужчина был нежен, горяч, неутомим, утоляя свой голод по женщине, заставившей его понять то, что до неё у него не было спутниц, которых хотелось бы любить бесконечно, и с каждым днём всё сильнее. Он дарил ей калейдоскоп самых ярких впечатлений, и сам взлетал на вершину блаженства. Когда утих последний сладостный стон, они уснули, обретая покой.
