Работы Эриха Фромма, включенные в данный сборник, дают представление об эволюции взглядов знаменитого философа-гуманиста и социального психолога. Будучи последователем теории З.Фрейда, Э.Фромм со временем критически пересмотрел некоторые положения психоанализа. Фрейдовскую модель человека, мотивацией поступков которого считались бессознательные процессы, Фромм обосновал реальными социальными факторами и доказал их значимость в формировании человеческой личности.Работа "Дзэн-буддизм и психоанализ" представляет собой попытку сопоставления двух философских систем, наиболее полно отражающих особенности современного западного и восточного менталитетов.Книга представит интерес для всех читателей, интересующихся проблемами социальной психологии.
Стремление к благополучию человека через изучение его природы — эта общая черта, присущая как дзэн — буддизму, так и психоанализу — наиболее часто упоминается при сравнении этих систем, отражающих особенности западного и восточного менталитета. Дзэн — буддизм сочетает в себе индийское иррациональное начало с китайской конкретностью и реализмом. Психоанализ же, основываясь на западном гуманизме и рационализме, с одной стороны, и романтическом поиске неподвластных рациональному осмыслению таинственных сил, характерном для XIX века — с другой, является феноменом исключительно западного мира. Можно сказать, что этот научно — терапевтический метод изучения человека есть плод греческой мудрости и иудейской этики.
Изучение человеческой природы в теории и перевоплощение человека на практике — пожалуй, одна из немногих черт, объединяющих психоанализ и дзэн — буддизм. Различий же, очевидно, больше. Во — первых, психоанализ представляет собой научный метод, не имеющий отношения к религии. Дзэн же с позиции западной культуры со своей теорией и методикой «просветления» человека выглядит религиозным, или мистическим, учением. Психоанализ — это терапия душевных заболеваний, а дзэн — путь к спасению души. Итак, сопоставляя психоанализ и дзэн — буддизм, разве мы не приходим к выводу, что в основе своей они не имеют ничего общего, а напротив, принципиально отличаются друг от друга?
Несмотря на это, дзэн — буддизм вызывает все больший интерес со стороны психоаналитиков. Чем вызван этот интерес и какой он имеет смысл? Задача настоящей статьи — ответить на эти вопросы. Безусловно, здесь не будет представлено фундаментальное описание дзэн — буддистского мышления — моих знаний и опыта для этого недостаточно. В то же время в данной статье я не ставлю задачу дать полное представление о психоанализе. Однако в первой части моей работы я подробнее остановлюсь на тех аспектах психоанализа, которые я назвал «гуманистическим психоанализом» и которые являются одним из продолжений фрейдовского психоанализа. Тем самым я постараюсь объяснить, почему столкновение с дзэн — буддизмом стало столь важным как для меня, так и, по моему мнению, для всех, кто имеет дело с психоанализом.
Изучая интересующий нас вопрос, в первую очередь необходимо обратить внимание на духовный кризис современного западного человека и психоанализ как один из инструментов преодоления этого кризиса. Большинство людей, принадлежащих к западной культуре, в той или иной степени испытывают на себе влияние кризиса, сами не осознавая этого в полной мере. Тем не менее специалисты вполне единодушны как в признании существования настоящего кризиса, так и в определении его сущности. Этот феномен определяется понятиями «нездоровье» («malaise»), «скука» («ennui»), «болезнь века» (maladie du siucle). Речь идет об апатии, автоматичности человека, самоотчужденности, потере связи с другими индивидами и природой. Рационализм ставился человеком во главу угла до того времени, пока не приобрел в высшей степени иррациональные черты. Эпоха Декарта положила начало четкому разделению мышления и чувства: мышление рационально, в то время как чувство само по себе иррационально. Воплощение одного лишь интеллекта, человеческая личность призвана осуществлять контроль над природой. Смыслом существования становится производство все возрастающего числа материальных ценностей. При этом человек сам превращается в вещь, а обладание — в смысл жизни. «Иметь» теперь важнее, чем «быть». В то время как совершенствование человека было смыслом существования в греческой и иудейской идеологии, основы которой свойственны западной цивилизации, современный человек считает целью своей жизни усовершенствование технологии производства вещей.
Осознавая свою неспособность разрешить противоречие между мышлением и чувствами, человек западного мира охвачен беспокойством, он подавлен и пребывает в отчаянии. Если на словах он называет жизненными ценностями богатство, самобытность и предприимчивость, то в действительности он не имеет реальной цели в жизни. На вопрос о цели существования и смысле испытываемых им в жизни трудностей западный человек не сможет дать вразумительного ответа. Среди наиболее вероятных ответов — жизнь ради семьи, ради получения удовольствий, ради зарабатывания денег… В действительности же никто не видит реального смысла своей жизни. Опасность и одиночество — вот то, чего человек стремится избежать априори.
