Через восемь секунд после бойни на проходной Халид Хасаев с четырьмя бойцами вошел в роскошно отделанную приемную на третьем этаже.
За высокой конторкой мореного дуба двух секретарш заменяли два вэвэшника. Дверь налево, с табличкой «Генеральный директор», была открыта. Из нее тянуло сладким запахом сигарет, кофе и копченой колбасы. Прямо возле двери лежал спальный мешок.
Дверь направо, с табличкой «Председатель совета директоров Артем Иванович Суриков», была закрыта. Возле нее стоял человек с погонами подполковника, с красным, немного одутловатым лицом и встопорщенными рожками темно-русых волос, прикрывавших раннюю лысину.
Халид никогда не видел этого человека в лицо. Но когда тот объяснял присяжным, почему он расстрелял «уазик» с полуторамесячной девочкой, он сказал, что охотился на известного своей беспощадностью полевого командира Хасаева.
– Где Суриков? – спросил Халид у подполковника Исенина. Тот кивнул на кабинет.
– Один?
– Два охранника. Вооружены и обещают стрелять.
Халид ударом ноги вышиб дверь. Артем Суриков, небритый и полупьяный, лежал в кресле. По обе стороны двери стояли охранники.
– Стой! Стрелять будем! – закричали они.
Два одиночных выстрела из «Грозы» покончили с ними на месте. Два бойца влетели в кабинет, выдернули Сурикова из кресла, как репку из грядки, и поволокли в приемную.
Подполковник Исенин ошеломился.
– Вы че, уроды? – заорал он. – Здесь не Чечня!
Бойцы Хасаева передернули затворы.
– Всем на пол, руки за голову, жопу кверху! Ну!
Глаза подполковника стали как две плошки. Один из его людей схватился за автомат, и короткая очередь уложила его на месте.
– Еще кто храбрый? – сказал Халид.
Русские лежали тихо, как трупы. Из кабинета вытаскивали ошарашенные служащие. Халид подошел к сержанту внутренних войск, лежавшему рядом с Исениным. Глушитель «Грозы» уперся в висок русского.
– Где Баров? – спросил Халид.
Сержант молчал.
Халид нажал на курок, и мозги сержанта разлетелись по паркетному полу. Халид упер автомат в следующего.
– Где офицеры из управления «С»? – спросил Халид.
– Они уехали. Посрались с Баровым и уехали, – поспешно ответил подполковник.
– Где Баров? – спросил Халид.
– Осматривает завод.
Ловкие руки ошмонали Исенина. Кто-то подтащил его к батарее и сковал запястья наручниками. Кто-то сорвал с его пояса сотовый телефон. Дуло автомата уперлось Исенину в ухо. В другое ему сунули телефон с уже набранным номером.
– Спроси, где он. Только без фокусов.
– Он не отвечает, – побелевшими губами прошептал подполковник.
В трубке и в самом деле раздался приятный женский голос, сообщивший об отсутствии связи с абонентом.
Вправо по коридору грохнула светошумовая «Заря», и сразу же затрещали выстрелы. Исенин помнил – по коридору, в зале заседаний, устроили небольшую столовую. Поставили пластиковые тарелки, вывалили привезенные с собой салаты, икру, красную рыбу. На кухню отдали жариться парное мясо. Данила Баров заботился о том, чтобы его люди были накормлены. В столовой было много людей. Там и грохнуло.
– Ты, припадочный, – заорал подполковник Исенин, – ты что делаешь? Ты кто такой?
Халид улыбнулся. Потом неторопливо стянул с головы шерстяную шапочку. Из кармана Халид достал зеленую повязку смертника с черной вязью арабских букв. Чтобы обвязать голову, ему пришлось на несколько секунд отдать автомат младшему брату.
– Помнишь, – сказал чеченец, – два года назад ты расстрелял под Шали «уазик»? А на суде ты сказал, что твой отряд искал террориста Хасаева. Так вот, ты его нашел. Я – Халид Хасаев.
Маскарад, затеянный Халидом, удался полностью. Никому в голову не пришло сопротивляться хорошо вооруженным людям, открыто приехавшим на завод в новеньких автобусах с тонированными стеклами. Все приняли их за очередной отряд борцов за собственность и не ожидали, что они начнут стрелять в затылок тем, кого уложили на пол.
Заводоуправление, ворота и проходная были захвачены в девять часов семь минут.
Одновременно группа Маирбека окружила зевак, находившихся на площади, журналистов и охранявших их милиционеров.
В это же самое время группа Висхана, предъявив липовые «корочки», блокировала и захватила нефтеналивную эстакаду.
Люди Халида забросали дежурку светошумовыми гранатами раньше, чем находившийся в ней персонал успел разобраться в происходящем. Когда дым рассеялся, на невредимых мониторах перед Халидом предстал весь периметр завода – плюс два десятка ключевых объектов.
В ночную смену на заводе работало около трехсот человек. Халид понимал, что его люди никогда не смогут захватить всех, кто оказался на огромной территории завода. По его прикидкам, с завода могли сбежать тридцать-сорок потенциальных заложников.
Факельная установка, установки каталитического крекинга, установки риформинга и маслоблок были заняты мелкими группами боевиков, и результат был даже лучше того, на что надеялся Халид. Прошло уже десять минут после захвата заводоуправления, и единственными, кто за это время покинул периметр, были две облезлые серые псины, проделавшие лаз под бетонной стеной.
