Плотников поднял голову. Светло-серые его глаза вдруг ожили. Плотников улыбнулся, и Рыдник совершенно точно знал, что он подумал. Он совершенно случайно сообразил, что если предложить Халиду вдвое больше, то и доля Плотникова с Рыдником тоже будет вдвое больше.
– Черт побери, – с внезапным сожалением сказал Плотников, – там же ведь на заводе два придурка, каждый из которых весит больше ста лимонов зелеными. Интересно, сколько Халид слупит с них?
Полковник Травкин, командир спецназа ГРУ «Дельфин», и майор Яковенко, офицер управления «С» ЦОН ФСБ РФ, лежали в глубоком снегу в трехстах пятидесяти метрах от периметра, на взгорочке, с которого открывался прекрасный вид на установки первичной очистки и тылы заводоуправления. Травкин разглядывал заводоуправление в обычный бинокль. Майор предпочел стандартный прицел с четырехкратным увеличением, прикрепленный к левой стенке ствольной коробки противоснайперской ОСВ-96, имевшей калибр 12,7 мм и габаритами смахивавшей на авиационную пушку на сошках.
Полковнику было за сорок. Майору – двадцать девять. Травкин был из армии, Яковенко – из ФСБ. Травкин был местный – вот уже семь лет командовал группой «Дельфин» спецназа ГРУ. Яковенко был из Москвы. Полковник был зажиточным коммерсантом: у него был прекрасный особняк на берегу моря, в местном фешенебельном районе, и два десятка городских автозаправок платили «Дельфинам» дань. Майор жил в однокомнатной квартире в Бирюлеве, и каждый раз, когда он отправлялся в Чечню, его жена брала пятилетнюю дочку и отправлялась в церковь молиться, чтобы папа вернулся невредимый или по крайней мере живой.
Несмотря на разницу в деньгах, званиях и возрасте, Яковенко и Травкин мгновенно нашли общий язык, ибо оба они были профессионалы. Один был натаскан советской властью, другой – российской.
Правда, майор Яковенко не командовал сводным антитеррористическим подразделением. Им командовал глава управления «С» генерал Терентьев.
Еще год назад никто не звал Терентьева Терентьевым. Шеф звал его Подавайкиным, и все считали, что это и есть его фамилия. Надо устроить баню и подогнать девочек? Где там Подавайкин, пусть займется! Надо накрыть поляну? Эй, Подавайкин! Рос шеф – рос и Подавайкин. И когда шеф Вячеслав Плотников дорос до самых высот и стал замглавы ФСБ, он отдал Подавайкину управление «С».
Травкин и Яковенко лежали в снегу, в метре друг от друга, и внимательно смотрели то на сверкающий наст за стеной, то на трехэтажное здание заводоуправления.
Здание было немаленьким. Архитектурный план, спешно добытый в БТИ, исчислял его длину в сотню метров и ширину – в двадцать восемь. Внутри – три лестницы, одна центральная и две по бокам, и все лестницы шли на третий этаж насквозь, не кончаясь неожиданными тупиками и закоулками. Боковые лестницы имели ширину пролетов в метр двадцать, центральная лестница имела аж три метра, и если верить плану, боковую стенку из дрянной панели можно было запросто проломить БТРом.
Преимущества на этом кончались.
Оцепление, по приказу Халида, было отодвинуто на триста метров от заводоуправления, и скрытно выдвинуться к объекту со стороны площади не представлялось возможным. Цифра 300 наводила на самые печальные размышления. Взрыватели НУРСов 9М22М «Град-Т» взводились на расстоянии ста пятидесяти метров, и, как было уже ясно, в линию оцепления из-за бетонного забора целились не меньше полудюжины этих благородных инструментов экспорта революции.
Если бы террористы захотели, они бы могли оставить от оцепления, с танками и без, ровно то, что 135-я дивизия оставила от острова Даманский в пятистах километрах отсюда: то есть тщательно вспаханную землю, удобренную солдатскими пуговицами да костьми. Это уже не говоря о том, что подобное оружие, вкупе со «Шмелями», могло разнести любую заводскую установку, уничтожив вместе с ней и отряд, вздумавший выдвинуться к объекту с тыла под прикрытием промышленных сооружений.
Высадка с вертолетов на плоскую крышу здания была малореальной: наблюдатели предполагали наличие у террористов ПЗРК.
На заводе была недавно смонтирована неплохая система безопасности. Вдоль бетонного забора на расстоянии в сто – сто пятьдесят метров друг от друга были расставлены телекамеры с датчиками движения. Телекамеры были закреплены на пятиметровых столбах, и после того, как террористы зашли на завод, они употребили эти столбы немного неожиданным образом.
