Щуплый чеченец ухватил что-то под картошкой и плавным движением развернулся к охранникам. Прокурору Андриенко понадобилось несколько мгновений, чтобы осознать, что короткая черная штуковина в его руке – это автомат. У охранников этих мгновений не было. Дуло автомата засверкало венчиком огня, и на белую рубашку прокурора брызнуло чужой красной кровью.
Еще миг – и автоматная очередь разнесла прокурору голову. Та же очередь, не останавливаясь, прошила оцепеневшего водителя грузовичка.
Висхан Талатов – а это был именно он – кинул автомат спутнику и кивком указал на видневшуюся из овражка крышу «Мицубиси».
– Проверь.
Второй чеченец проворно сбежал по склону. Висхан наклонился, достал из-под картошки еще один «Калашников» и, передернув затвор, подошел к лежавшему навзничь прокурору. Нагнулся, вынул из мертвой руки документы – свои и водителя. Голова прокурора была как расколовшийся арбуз.
Один из охранников был еще жив. Из рассеченного пулей горла толчками выливалась кровь, и пальцы бессильно скребли по асфальту, пытаясь дотянуться до кобуры. Висхан присел над охранником, расстегнул у него кобуру, взял пистолет и несколько раз выстрелил в воздух.
– Если ты, русская собака, спрашиваешь у меня документы, – сказал Висхан, – сначала достань ствол.
Ботинок Висхана ударил охранника под подбородок, ломая шейные позвонки. Пальцы русского перестали скрести по асфальту. Второй боевик выскочил из овражка, размахивая руками.
– Никого, – сказал он, – только куры.
– С курами не воюем, – ответил Висхан.
Поднял автомат и короткой очередью из трех выстрелов расстрелял джип. Две пули ушло в бензобак, и машина лениво задымилась Еще три выстрела пришлись по грузовичку, и было слышно, как там кудахчут куры.
Секунду Висхан раздумывал, что делать с «калашом». Бросать его нужды не было. Если в городе введут план «Перехват» и возьмут их с прицепом, полным оружия, сброшенный ствол не облегчит их участь. Чем больше оружия – тем легче уйти. Это киллеры избавляются от оружия, диверсанты уносят его с собой. Висхан опасался лишь одного: если русские не обнаружат ствола на месте преступления, они могут задать слишком много вопросов.
Ну и пусть. Ответить они все равно не успеют.
Через мгновение зеленая «Тойота» сорвалась с места аварии. Джип разгорался все ярче и ярче. С того момента, как Висхан выхватил из-под гнилой картошки спрятанный там автомат, прошло пятьдесят две секунды.
После встречи с госпожой губернаторшей Данила Баров отправился на ленч в ресторан гостиницы «Империал».
Компанию ему составили министр транспорта Российской Федерации, задержавшийся на день в Кесареве после визита в Южную Корею, и сопровождавший министра южнокорейский посол.
По расписанию министр должен был улететь из Кесарева в половине первого, но никто особенно с ленчем не торопился. Самолет, который ждал министра в аэропорту, был частный Lear Jet Данилы Барова стоимостью пятьдесят два миллиона долларов.
Сотрапезники уже покончили с гребешком и приступили к десерту, когда к Барову подошел молодой человек со свернутой газетой в руках. Охранники Барова напряглись, но тот остановил их рукой.
– Не надо, – сказал Баров, – это генеральный директор Кесаревского НПЗ.
Министр транспорта откинулся на спинку стула, хмыкнул и сказал:
– Ну-ну. Крысы бегут с тонущего корабля.
Газета, принесенная Карневичем, шлепнулась на стол.
– Я пришел сказать вам, господин Милетич, – сказал Карневич, – что вы подлец.
Баров невозмутимо ждал, что будет дальше.
– Вы покупаете судей. Вы купили Кремль и прокурора. Вы устроили травлю на человека, который… который… но мало этого! Вы перешли все границы, есть вещи, которые порядочные люди не делают, они не лезут в личную жизнь…
– Если бывшая проститутка раздвигала ножки перед фотокамерой, при чем здесь я?
– Это не ваше дело, кто жена Артема Ивановича! Он… он сложный человек. Но он ее любит, и он имеет на это право! Это вы… вы не можете понять, что такое, когда один человек любит другого, вы, который отказались платить выкуп за собственную дочь.
Лицо московского олигарха стало безмятежным, как лицо вспарывающего себе кишки самурая.
– Это все? – спросил министр транспорта.
– Нет, не все! Я пришел сказать вам, что ничего, чего требует Андриенко, я подписывать не буду! Можете передать это своему холопу!
– Вот как? И чего же требует от вас Андриенко?
– Сами знаете!
Карневич повернулся и вышел вон.
– Один честный человек нашелся в городе, – сказал министр транспорта, – да и тот придурок.
– Он мне напомнил меня самого, – сказал олигарх. – Знаешь, некоторые мужчины женятся все время на одном и том же типе женщин. Вот у Артема так с генеральными директорами. Со мной получилось, и он выбирает таких же.
Баров помолчал и добавил:
– Он из Америки. Там до сих пор есть люди, которые думают, что Земля круглая.
– А она не круглая?
– Нет. Она грязная и скрипит на зубах, – ответил олигарх.
