Ей вот тоже лезут разные глупости в голову, чтобы только не читать дальнейшие строчки. Хоть на все наплевать и кинуться прочь! За две, три, двадцать тысяч километров! В веке телепортации, как называли джамп писатели-фантасты, такое было возможно. Конечно, не всем. В том смысле, что переместиться из дома на работу за считанные мгновения мой любой желающий, для этого в персональный векторизатор – небольшой приборчик для расчета уравнения векторов джампа – надо было всего лишь ввести несколько цифр. Координаты места назначения. Всё остальное: вес, температуру, расстояние, давление, исходные координаты – приборчик считал самостоятельно.
Чтобы прыгнуть далеко, надо было иметь хороший предел джампа. Так называлась величина, характеризующая величину максимального разового прыжка. Пределы были на разные величины. Кто-то без проблем мог переместиться вокруг экватора хоть десятки раз, чьих-то сил хватило бы добраться до Марса и вернуться обратно, но в космосе джамп, к счастью, не действовал. На Земле продолжали разрабатывать космические корабли. Правда, запускали их уже с лунной космической станции, до которой некоторые гении от джампа дотягивались.
Очень интересная, кстати, категория. В когорту гениев относились люди, которые, используя джамп, могли или немного пренебречь физическими законами или немного схалтурить в другом отношении.
Например, все пользователи Джампа твердо знали, что из воды переместиться нельзя, а вот в русском патруле была Русалка, которая этот закон опровергала своим существованием. Карыч и Фея виртуозно летали в воздухе, именно летали, пробрасывая свое тело сквозь пространство мелкочастотными прыжками в пределах прямой видимости, хотя в воздухе перемещаться по идее тоже было нельзя.
Были джамперы, которые своим гением влияли на окружающий мир, как Танк – который мог проломить любую физическую преграду, в то время как любой другой джампер в этой преграде увяз бы как муха в желе. Был Мерцающий, который в цепочке перемещения умудрялся «мерцать», становясь для окружающих невидимым. Был Змей... Но о Змее было больно думать, особенно если учесть, что Котик уходил в отставку, а на место главы начальника русского патруля выходил Змей. И теперь от него невозможно было бы скрыться, даже если бы захотелось.
Хоть увольняйся из патруля! Но… Эми его любила. И это место, и свою работу. Патруль был чем-то вроде особо элитного подразделения для джамперов, занимающихся преступлениями, совершенными особо опасными джамперами или связанными с опасностью для всего государства или народа. Например, как те же террористы, или когда преступники брали заложников.
Страшно, опасно и не скучно. Правда, отправляясь в очередной раз на работу, оперативники не всегда могли быть уверенными в том, что вернутся обратно домой. Хотя дома их, как правило, никто не ждал. Если только бессловесные рыбки или боевые псы-охранники.
Эммануэль – Эми, умудрилась отличиться и в этом, став опекуном девочки-подростка. Дело было связано как раз с антитеррористическим делом, которое благополучно закончилось, но принесло не только пользу, но ещё и массу вреда.
Были раскрыты заговоры, были найдены предатели в самых высоких военных и полицейских структурах. Погибли люди, многие оказались за решёткой, многие семьи были разрушены.
В том числе и семья той девочки, опекуном которой стала Эммануэль. Её звали Рашель, и она была дочерью графа Монтесье, который оказался замешан в деле с террористами с головой. Точнее, даже не сейчас он был вовлечён в дело, а намного раньше. Он стоял у истоков создания той группы, из которой террористическая группа Гюрза появилась.
И все было бы не так плохо, если бы Эми не познакомилась с этой семьей задолго до всех событий, чудом успев спасти жизнь дочери графа Монтесье. Рашель с тех пор считала, что у нее появилась крестная фея, а Эми относилась к девочке как к младшей сестре, которой у нее никогда не было.
Родители Эммануэль были заняты своими научными изысканиями, а растил ее прадед – известнейший ученый, ядерный физик, который и являлся первооткрывателем Джампа. Он же и открыл гения в собственной правнучке.
Правда, этого оказалось недостаточно, чтобы она смогла удержать мужчину, которого полюбила всем сердцем. Более того, до этого холодного чешуйчатого так и не дошло, что она его любит.
Закусив губу, Эми встала, выключила чайник, посмотрела на собственную ногу, попавшую во что-то мягкое, и двинулась к столу, оставляя шоколадно-сливочные отпечатки.
Следовало утешаться тем, что он вообще соизволил оставить подобное письмо. Да и не могла эта сказка, иллюзия семьи и счастья долго продолжаться. Слишком все шло хорошо, чтобы быть правдой. Слишком...
Сев на стул, Эми порадовалась тому, что Рашель на занятиях. Хоть шёл ещё только первый месяц обучения, её класс в полном составе отправился в загородное поместье на три дня, чтобы покататься верхом, поплавать в теплом бассейне и насладиться уходящим бабьим летом.
