Катя села на берегу и прикрыла глаза. Боль пульсировала в ноге, или в сердце. Сумерки по невидимой паутине ползли с небес на землю. Вязкая черная пустота в голове твердела и не пропускала мысли. Одна секунда, две, три, каждая длиною в бесконечность. Сколько вечностей должно пройти, прежде чем настанет рассвет?
— Поздравляю, мистер Спарк. Весь коллектив компании тихо уважал вас, но теперь решил высказаться и просил передать вам следующее. Вы — один из отцов-основателей компании Эирспарк, и, как лучший из отцов — авторитетен, мудр, справедлив, эрудирован и добр. Мы вас любим и желаем… Столько всего вам желаем, вы не представляете. Пришлось выписать на ватман мелким почерком с двух сторон. Приходите и забирайте свой подарок побыстрее!
— Спасибо, мистер Коэн… Боюсь, я уже не приду…
— У вас нет выбора, мистер Спарк. Сотрудники старались.
— А знаете что, мистер Коэн. Вы правы, нехорошо получается. Если Вас не сильно затруднит… завезите подарок мне домой.
Джастин быстро шагал мимо горбатых лужаек. Дорожку окаймляли горделивые розы всех оттенков розового цвета. Красно-коричневый одноэтажный дом широко раскинулся, выпятив белые колонны. Женщина лет пятидесяти с черными зализанными волосами, то ли сиделка, то ли работница по дому, проводила его в просторную гостиную. Несколько лучей солнца пробились сквозь щели плотно задернутых штор и осветили экзотические узоры ковров на полу. Со стен глядели собаки всех мастей и цветов. Пахло мятой лекарств.
Грузное тело мистера Спарка огромной медузой распласталось в кресле. Крупная лысая голова торчала пуговкой над теплым шерстяным одеялом цвета ржавчины.
— Вот подарок и цветы, — Джастин положил букет и свиток на тумбочку. — Надеюсь, вы любите цветы? Я их терпеть не могу.
Он присел на свободное кресло и принялся гладить прибежавшего дога.
— Бостон, ко мне! — позвал мистер Спарк собаку.
Бостон оглянулся на старика и положил свою голову кофейного цвета на колени Джастину.
— Не могу представить ситуацию, которая могла бы смутить вас, мистер Коэн, — мистер Спарк внимательно разглядывал Джастина.
— Знаете! Ситуация, когда купил долю компании, а учредители указывают тебе на твое место чернорабочего.
— Вы вели себя тогда неадекватно, мистер Коэн. Некоторые даже предположили, что вы под воздействием наркотических средств. Я, конечно, их не поддержал в этом мнении.
— Я был сильно взволнован. И я не принимаю наркотики в рабочее время.
— А в нерабочее?
— В нерабочее время я волен делать, что захочу.
— Вы дома… вы на работе… Великая китайская стена между вами двумя. Лед и пламя. — Старик медленно выговаривал слова, не отрывая взгляда от Джастина.
Тот чесал собаке за ухом. Лицо Джастина не выражало явное неудовольствие, но и удовольствие эта беседа ему также не доставляла.
— Но вы талантливый руководитель, мистер Коэн. Я ни разу не пожалел о том, что выдвинул вашу кандидатуру.
— Я вам благодарен, мистер Спарк. Вы круто изменили мою жизнь.
Старик взял с тумбочки лист ватмана, развернул его и заулыбался, читая пожелания. Собака убежала, и Джастин сидел, глядя прямо на мистера Спарка.
— Признаюсь вам, теперь уж всё равно, вы мне напоминаете моего сына, Джастин. Вернее, кем он мог стать. Он был отличником в школе и был занят во многих кружках. Он учился в школе лидеров, посещал занятия по занимательному бизнесу для детей, играл на скрипке, исписывал толстые тетрадки идей, ночью читал под одеялом.
Старику тяжело давались длинные речи, он остановился передохнуть. Джастин смотрел на него исподлобья.
— Нам как-то сказал психолог, что мы перегружаем ребенка, лишаем его детства. Мы отменили все занятия, и он заскучал, затосковал. Наверное, он не нуждался в детстве. А вы Джастин, что насчет вас? Каким было ваше детство?
— У меня его тоже не было.
Старик жевал губами, не решаясь рассказывать о том, что болело, но не выдержал и продолжил.
— Он умер в четырнадцать лет от обычной простуды. Надел новые ботинки в дождь, а они сразу же расклеились. Он несколько часов провел с мокрыми ногами. Конечно, сын ничего не замечал, никаких неудобств. Пришел домой и слег в постель с температурой.
— Мистер Спарк, я не знал… Мне очень очень жаль.
— Вот такая цена безалаберности в производстве. Какой-то ничтожный дефект в обуви стоит человеческой жизни, даже двух. У жены затем случилось обострение рака, через два месяца и она умерла.
Морщины на лице старика горестно стекали. Еще чуть-чуть и они оба зарыдают, нужно спасать ситуацию.
— Мистер Спарк, — живо заговорил Джастин, — раз у нас вечер признаний. Я вам скажу… я вам вот что скажу. Любой мальчик, растущий без отца, видит его в каждом мужчине, который обратил на него внимание. Со мной такого не было. Вернее, со мной такое случилось в двадцать четыре года, когда я познакомился с вами.
— Вы росли без отца, мистер Коэн?
— У меня был отчим, — с неохотой сказал Джастин.
— Где он сейчас?
— Умер в следственном изоляторе. Самоубийство, но говорят, что его убили.
— За что его посадили?
— Подозрение в изнасиловании.
— А он был виновен?
