— В этом и отличие Дракона от человека, — резко сказала Клавдия, разжимая пальцы. — Когда человек испытывает горе и жаждет мести, то все еще остается очень грустным, злым и страдающим, но человеком. Когда Дракон впадает в безумие, то превращается в монстра. Он не грустит, не плачет и не останавливается. Внешне, даже его личность не особо меняется, и постороннему наблюдателю кажется, что Дракон и вовсе не испытывает каких-то особых эмоций или потрясения из-за случившегося. Единственным отличием будет… полное отсутствие эмпатии и маниакальные идеи, — твердо сказала Верен. — Моя сестра никогда не была ангелом, но то, что произошло после Охары было… ужасно, — на этих словах голос женщины дрогнул. — Дети, старики, женщины, весь мир… Кесте в том состоянии было плевать, кого и как нужно пытать, похитить и убить, чтобы уничтожить своего врага. Все, что ее беспокоило, это ее месть. Я долго пыталась остановить ее, уговорить, привести в чувство, но все, что я получала, это… клетка, — тут голос Клавдии снова дрогнул, и она на секунду запнулась. — В итоге, я больше не могла этого выносить, поэтому сбежала, а потом вступила в Революционную армию, чтобы накопить ресурсы и остановить ее, — резко произнесла женщина, снова сжимая пальцы в кулак. Но тут она будто что-то вспомнила... ее лицо внезапно разгладилось, а рука разжалась. — Но несколько лет назад Кесте… будто бы стало лучше, — слегка нерешительно произнесла Клавдия. — Я не знаю, с чем это связано, но если я права, то… — тут женщина снова подняла глаза на безмолвного Джея. — Я хочу знать, почему Кеста тебя отпустила, не из праздного любопытства. Если моя сестра все еще безумна, то ты часть какого-то жуткого плана Небесного Дракона психопата. И тогда ты, твои друзья и важная часть твоего мира в огромной опасности. Если же дело в другом… то я наконец-то смогу спокойно спать по ночам, — кратко пояснила сестра Джокесты Верен.
Джей опустил глаза и глубоко задумался. Он мысленно перебирал весь тот долгий год, все его разговоры с ее святейшеством, все, что она делала или говорила… возможно, это было глупо… возможно эта Клавдия врала от первого и до последнего слова, но почему-то… Джею казалось, что она не врет. Он помнил, как святая Верен аккуратно обходила книги из библиотеки Охары. Он помнил ее глаза, когда ее святейшество сказала «Я плохой человек». Он помнил… тот день, когда все началось.
— Я… — внезапно сказал Джей. — Я сказал, что хочу… доказать, что этот мир стоит того, чтобы жить в нем, — тихо произнес снайпер, вспоминая те давние, тихие дни в безлюдной, покрытой пылью библиотеке. — И она сказала, — медленно произнес парень. — Что это… хорошая цель. Но очень… очень трудная, — тихо закончил он.
Пальцы сидящей напротив женщины снова сжались в кулак. Все ее лицо отражало робкое, но полное надежды волнение.
— Кеста… сказала это? — тихо спросила Клавдия Верен.
Джей только молча кивнул. Его сердце странно тяжело билось в груди, а руки немного дрожали. Он… помнил, как ее святейшество сказала эти слова, после чего села и не двигалась несколько долгих, полных тишины часов.
— Спасибо тебе, — внезапно произнесла сидящая напротив женщина.
На ее лице медленно расплылась полная облегчения улыбка, будто простые слова снайпера сняли с ее груди огромную тяжесть. И в этот самый момент Джей внезапно осознал… что совершенно не заслужил этой улыбки. Он все еще почти ничего не сделал. Ее святейшество не считает этот мир прекрасным. Би тоже не считает и еще многие и очень многие люди совершенно не думают, что в этом мире может быть что-то хорошее. В какой момент Джей перестал делать фотографии? Кажется, когда началась история с Эниас Лобби, и снайпер стал немного слишком занят спасением Би и остальных. Стой, Джей вообще показывал фотографии кому-нибудь из других кадетов? Снайпер точно помнит, что фотографировал уникальное событие миграции радужных крипсов — уникального вида птиц с переливающимся оперением. Би видел эту фотографию? Кажется, у него сейчас какие-то проблемы с какой-то птицей… миграция крипсов его точно порадует! Нужно только придумать, как их передать.
А ее святейшество? Мисс Клавдия сказала, что было время, когда ее святейшество улыбалась… по-настоящему, а не растягивая губы в хищной, полной угрозы улыбке. Значит, было время, когда Джокеста Верен считала этот мир прекрасным. И если ее святейшество приложила столько усилий, чтобы помочь Джею в его миссии, то она хочет поверить в этот мир снова. И доверила эту миссию снайперу!
Внезапно весь мир парня резко обрел фокус и налился красками. В этот же момент его голова резко заработала в ускоренном темпе и мгновенно пнула весь его организм вперед.
Джей засунул руку во внутренний карман, быстро вытащил покоящийся там фотоаппарат и мгновенно сделал снимок. Улыбка сошла с лица мисс Клавдии, но это было уже не важно. Джей успел запечатлеть этот краткий миг… он назовет эту фотографию «Любовь».
Да, это точно покажет ее святейшеству, что мир все еще прекрасен. Джей уверенно кивнул своим мыслям, встал и устремился к выходу из камбуза.