— Ну, если это было не знаковое явление, — тяжело вздыхаю я, и без сопротивления позволяю Джейдену тянуть меня к его машине. Я думаю, что Хоуп будет на меня злиться, потому что я ничего ей не сказала. Но что я должна была ей сказать? «Сюрприз! Я спала с Джейденом?» Или: «Эй, я влюбилась в парня, которого вообще терпеть не могу?» Черт, она свернет мне шею.
Джейден запускает двигатель, когда я возражаю:
— У меня еще три часа занятий.
— Теперь уже нет, мне нужно с тобой поговорить.
***
На мой мобильный приходит смс, но я его игнорирую. Наверное, Хоуп, которая хочет задать мне головомойку или разорвать дружбу. Только сейчас я замечаю, что мы едем по шоссе I-95 на юго-запад.
— Куда ты хочешь поехать со мной? — спрашиваю я немного неуверенно.
— Я хочу тебе кое-что показать, — коротко отвечает парень.
Поскольку Джейден не в лучшем настроении, я предпочитаю заткнуться и просто ждать, куда он меня привезет. Мы минуем указатель Бриджпорт, Стамфорд и, в конце концов, появляется следующий ближайший город. Нью-Йорк.
— А что мы хотим в Нью-Йорке? — спрашиваю я, когда мы пересекаем первый мост.
— Почти приехали.
— Но это не ответ на мой вопрос.
— Ава! — его голос натянутый, поэтому я снова предпочитаю сдерживать свой рот.
Мы проезжаем реку Гудзон, затем сворачиваем налево и высаживаемся в Колумбус-Серкл (прим.пер.: одна из самых известных площадей Манхэттена, появившаяся с юго-западного угла Центрального парка, на пересечении Бродвея и Восьмой авеню, на рубеже XIX и XX веков. Так же называются и кварталы, прилегающие по периметру к площади). Здесь я хотела бы как-нибудь прогуляться, цинично думаю я и слегка кривлю рот. Перед зданием с зеркальным фасадом Джейден останавливается у обочины и выходит. Пока он обегает вокруг машины, чтобы придержать мне дверь, появляется швейцар и принимает у него ключ от автомобиля.
— Спасибо, Ральф, — вежливо благодарит парень и позволяет портье отогнать машину. — Пойдем со мной, — Джейден берет меня за руку и мы входим в изысканное лобби Тайм-Уо́рнер-Це́нтра (прим.пер.: двухбашенный многофункциональный комплекс в Мидтауне Манхэттена).
— Что мы здесь делаем? — спрашиваю я удивленно и чувствую себя довольно неуместно.
— Здесь я живу, когда нахожусь в Нью-Йорке.
— Здесь?
Джейден ведет меня в ряд с лифтами, и мы поднимаемся на пятьдесят второй этаж, Прямо напротив лифта он открывает дверь, и мы входим в другой мир.
— Вау, — бормочу я.
Квартира переоборудована на огромном чердаке. Все открыто, со стенами из кирпича и стальных балок, так кажется на первый взгляд. Я бегу к окну и прижимаю нос к стеклу. Люди и машины на дороге выглядят миниатюрными.
— Это одна из немногих квартир в этом здании с открытым видом на парк. Многие остальные квартиры выходят на Трамп-та́уэр (прим.пер.: 58-этажный небоскрёб в Нью-Йорке).
— Обалдеть! — я не могу в это поверить. — Почем ты живешь в Нью-Хейвен, если у тебя с Гарри есть эта квартира?
Джейден качает головой.
— Это
Парень тянет меня за руку от окна.
— Пойдем, я покажу тебе все остальное.
***
После детального осмотра квартиры, мы с комфортом устраиваемся на удобном диване. Джейден тянет меня на колени, и мы делимся колой, которую нашли в холодильнике.
— Почему твоя мать дала тебе так много денег, чтобы ты мог купить такую квартиру? Она должно быть стоить несколько миллионов, — я совсем не хочу размышлять над точной суммой, иначе мне совсем станет плохо.
— Четыре.
— Что четыре?
— Квартира стоит четыре миллиона.
Теперь мне плохо.
— Моя мать подарила мне эти деньги потому, что хотела успокоить свою нечистую совесть. Сначала я хотел перевести их ей обратно, затем растранжирить, но, в конце концов, выбрал то, что принадлежит только мне. Что-то, где никто меня не найдет, здесь я могу быть Джейденом Джоном Стайлзом, которого никто не знает.
Я внимательно смотрю на него. Его взгляд сосредоточен и направлен на противоположную стену.
— Для тебя, и правда, важно остаться неизвестным?
Он кивает.
— Да, ты не знаешь, какого это, всегда находится на публике. Постоянно преследоваться папарацци, даже если ты всего лишь сын экс-звезды. Теперь, когда мы снова живем в Нью-Хейвене, и отец осуществляет свою мечту о теннисном лагере, я рад, что живу с ним. Но я также рад иметь эту квартиру.
— Ты ненавидишь свою мать за то, что она оставила тебя? — я отвожу его растрепанную прядь со лба.
Джейден мгновение размышляет над моим вопросом, затем качает головой.
— Нет, я не ненавижу ее. Но я также не люблю ее за это. На самом деле, сейчас она совершенно не имеет для меня значение. Она мне больше не нужна.
— Но тебе ее не хватает.
— Можно не досчитаться только тех людей, от которых сколько-нибудь зависишь или любишь. Я не досчитался бы тебя, если бы тебя не было со мной. Я скучаю по тебе каждую секунду, когда тебя со мной нет.
