- Не стану настаивать. Ладно, мне еще нужно успеть на доклад к губернатору. Не прощаюсь с вами, герр Рузвельт, мы еще неоднократно встретимся.
- Аминь.
"Господи, какая нелепая ситуация, - подумал Джеймс, - делать вид, что ты защищаешь якобы незнакомые тебе вражеские секреты. Только бы не переиграть!"
* * * * *
Озеро представляло из себя почти идеальный круг, километра полтора в диаметре. Метеоритный кратер? Эти геологические тонкости Хеллборна пока не интересовали.
"Полумесяц" почти отвесной горной гряды (500 метров плюс-минус над уровнем моря) охватывал примерно треть берега с южной стороны. У самого подножия - квартиры-пещеры для старших офицеров, два яруса. Здесь мы уже были и даже переночевали.
Чуть выше - еще несколько пещер. "Дворец" губернатора, служебные помещения. Но туда не подойти.
- Вы можете гулять, где угодно, - несколько раз по ходу вчерашнего разговора повторил Брейвен. - Кроме тех участков
- Камп-де-Лак?
- Озерный Лагерь, - кивнул апсак. - Разве не красиво?
Да, халистанцы слишком долго были соседями Французской Индии. Гугенотские короли рассматривали Халистан как великолепный буфер против фанатичной Дурранийской империи, поэтому магараджа всегда мог рассчитывать на французские деньги и французское оружие. Вся элита сикхов говорила по-французски и получала образование в Париже.
А сегодня Халистан настолько окреп, что решил освободить многострадальную Индию от своих вчерашних французских друзей...
На вершине хребта - шпиль радиостанции. Разумеется, никто не собирается "звонить" в БАР-БАРский ГенШтаб. Наоборот, Хеллборн с удовольствием отправил бы в эфир сигнал "всем-всем-всем кораблям и цеппелинам Альянса". Совмещение приятного с полезным - подпалить гнездо белголландских союзничков и убраться отсюда куда-нибудь подальше. Например, в Альбион. Но увы!
К радиостанции ведет узкая тропинка, а также канатная дорога. Сильная охрана. Несколько промежуточных постов. Часовые расставлены так, что любой из них постоянно видит двух-трех своих товарищей. Это удалось выяснить уже на второй день.
Но были еще две канатные дороги, которые вели к береговым батареям и обзорным площадкам. Одной из них Хеллборну разрешили воспользоваться.
Оказавшись на вершине, он снова осмотрелся. Почти безоблачно, слабый ветерок. Не так душно, как внизу.
Так и есть, море по ту сторону гор. До него примерно три километра джунглей. Пусто, чисто. Никого и ничего. Джеймс развернулся на север.
Вот озеро, как на ладони. На его поверхности в настоящее время покачиваются два каттумаржабля и несколько лодок. Лодки красть бесполезно - куда плыть, на другой берег? Все озеро расположено внутри халистанской базы.
Воздушные корабли? Охрана слабая. Захватить "Берд-оф-Прей" -- не проблема. Проблема захватить его полностью заправленным и подготовленным. А если корабль заправлен и подготовлен - это значит, что весь экипаж уже на борту. 50-60 человек.
Подводные лодки? Это не здесь. Камп-де-Лак - только часть халистанской колонии. Большая или малая - неясно.
Что еще мы видим на северном берегу озера? Деревянные бунгало - солдатские бараки, склады, другие служебные помещения. Забор - полоса колючей проволоки в три ряда, в два человеческих роста. А за ним - непроницаемая стена тропических джунглей. Пальмы, эвкалипты и прочая зелено-деревянная мерзость.
Размеры острова?
- Вы не поверите -- он огромен, - спокойно сообщил между делом полковник Брейвен. - Но давайте поговорим о чем-нибудь другом.
Туземцы каменного века и ничтожные запасы нефти, загадочные чудеса и неизвестные ужасы.
Ах, да, ко всему вышеперечисленному нужно прибавить постоянную угрозу разоблачения.
Условия задачи понятны, но учебника под рукой нет и подсмотреть решение невозможно.
Джеймс Хеллборн тяжело вздохнул.
- Любуетесь пейзажем? - спросил кто-то у него за спиной. Альбионец обернулся. Коротышка-европеец, скорей всего - южанин, в в халистанской форме. Хм, как и все до сих пор встреченные им люди. Это была очень военная база.
"Странное дело, - подумал Джеймс, - за последние часы я как будто стал гораздо лучше говорить и понимать по-французски! И в ближайшее время у меня будет еще много возможностей попрактиковаться".
Новый собеседник, впрочем, судя по акценту, был испанцем. Разговорились.
Лейтенант Карлос Ла-Камиса-Роха оказался ровесником Хеллборна-Рузвельта. Отец пропал без вести на фронтах Первой мировой. Потом пришли солдаты Альянса и разрезали побежденную прогерманскую Испанию на полудюжину мелких государств. Тяжелое детство в комнате без игрушек. Для послевоенной Европы - даже не обычная, а просто банальная история.
Поэтому повзрослевший Карлос с превеликим энтузиазмом встал под знамена кастильского диктатора Мендисабаля, обещавшего возродить великую Испанию. Но Мендисабаль умер, отравленный врагами, его дело потерпело поражение, и Карлосу в числе прочих солдат Визиготского Фронта пришлось спешно покинуть Испанию. И вот он здесь.
- Нас много здесь таких, - рассказывал кастилец. - Солдат проигравших армий и погибших империй.