— Если вы причините ей боль или еще как-то иначе обидите ее, вы будете жалеть об этом весь остаток вашей короткой жизни, — холодно произнес Вебб. — Клянусь Богом, я найду вас.
— У вас не должно быть причин для возмущения, — искренне произнес человек на другом конце провода. — Вы поговорили со своей женой. Ее здесь очень хорошо обслуживают, у нее нет жалоб.
— Но что-то с ней не так! Почему вы не дали ей договорить?
— Причиной была только наша предосторожность, мистер Борн. Мы боялись, что она сообщит вам что-то о своем местонахождении. С другой стороны, это было бы бесполезно, как и этот телефонный номер: сейчас она уже переезжает в другой место, а в Гонконге их достаточно. Зачем нам обижать ее? Это не в наших интересах. Господин Яо Минь хочет встретиться с вами.
— Яо Минь?
— Как и у вас, у него тоже много имен. Возможно, что при встрече вам удастся прийти к соглашению.
— Может быть, и придем, а может быть, оно ему и не понадобится. Кстати, тоже самое может быть и с вами.
— Я знаю, что вашим словам можно верить. Ведь вы убили моего ближайшего родственника, Джейсон Борн, который находился в весьма недоступном для вас месте, фактически в крепости, на острове Лантау. Я уверен, что вы вспомните об этом случае.
— Я не веду дневника. Вернемся к Яо Миню. Когда?
— Сегодня ночью.
— Где?
— Вы понимаете, что такой человек не может появиться в обычном месте, чтобы не привлечь внимания. Поэтому место должно быть выбрано соответствующим образом.
— Допустим, что это сделаю я?
— Это неприемлемо, мистер Борн, и настаивать на этом нет смысла. Вы должны помнить, что ваша жена все еще у нас.
Дэвид был возбужден. Он терял контроль над ситуацией, который был ему жизненно необходим.
— Тогда назовите это место.
— Закрытый Город. Нам кажется, что вы знаете его.
— Знаю о его существовании, — поправил собеседника Вебб, стараясь откопать в уголках памяти все, что он знал о нем. — И, насколько я помню, вряд ли найдется на земле другое, столь же омерзительное место.
— А что же вы хотели? Это единственное место во всей колонии, которое находится в законном владении Народной Республики. Еще со времен Мао Цзе Дуна туда не допускаются наши официальные власти. Поэтому наша полиция не может до сих пор вычистить этот гнойник.
— В какое время произойдет наша встреча?
— С наступлением темноты, но до закрытия базара и магазинов, от половины десятого, но не позднее, чем без пятнадцати десять.
— А как я найду этого несуществующего Яо Миня?
— В первом квартале торговый рядов сидит женщина, которая продает змей. Вы должны подойти к ней и спросить, где вам найти большого человека. Она укажет вам, по какой лестнице пройти, и в какой свернуть проход. Заблудиться вы не должны.
— Признаться, я никогда не был в этом месте. И еще: цвет моей кожи не очень-то любят в подобных местах.
— Об этом можете не беспокоиться, если на вас не будет очень модной одежды или бриллиантовых украшений.
— Бриллианты?
— Если вы привыкли носить дорогие часы, то не одевайте их на эту прогулку.
— Благодарю вас за совет.
— И еще одно, последнее. Не пытайтесь привлечь официальные власти или каким-то другим образом скомпрометировать тайпина. Если вы решите поступить так, ваша жена не доживет до утра.
— В этом нет необходимости.
— Когда имеешь дело с Джейсоном Борном, следует предусматривать любую возможность.
— От половины десятого, — повторил Вебб и положил трубку. Затем он встал, подошел к окну и уставился на залив. Что же все-таки она хотела сказать?
..."ты ведь знаешь, как я устаю от необычной обстановки"... Нет, это было ему не понятно. Его жена выросла на ранчо в районе Онтарио, и усталость подобного рода была ей явно не свойственна. Он снова и снова перебирал в памяти подробности этого минутного разговора и не мог ничего понять. Его память была пуста.
Настойчивый внутренний голос говорил ему, чтобы он остановился и не задумывался над тем, чего сейчас он понять не может. У него было много дел, которые уже нельзя было откладывать: он не мог идти на вражескую территорию без всякой подготовки, не имея в кармане хотя бы нескольких карт, которые от смог бы попытаться разыграть там, вынуждая противника отступить от заранее намеченного плана... «если на вас не будет очень модной и дорогой одежды»... Конечно, рассуждал про себя Вебб, она не должна быть дорогой и экстравагантной... а должна выглядеть как нечто прямо противоположное, и, главное, неожиданное.
Джейсон Борн был непревзойденным талантом по части переодеваний. Его называли «хамелеоном» за умение легко растворяться в самой разной обстановке. И Дэвид Вебб полностью доверял этому внутреннему «хамелеону», стараясь неукоснительно выполнять его технику поведения на практике.
