Джек, который построил дом полностью

«Зная брата, я могу с уверенностью сказать, что с его стороны этот поступок был продиктован одиночеством. Я в глубине души уверена: бывшая жена явно шантажировала его. Чем – несложно догадаться… К счастью, брак оказался недолгим и, возможно, по этой причине бездетным».

Действительно, что бы Яша делал с младенцем? И за каким чертом ему нужны дети? Впрочем, он сам, возможно, позаботился, чтобы детей не было. Ее передернуло от гадливости. Зачем ему надо было жениться, почему не мог жить просто так, ведь другие живут?.. Опять вспомнился костюм, слова про свадьбу, и сердце заколотилось от возмущения; да куда смотрит Яшка?!

– Что курим? – отозвался брат на гневное «алло».

– На свадьбу! Костюм! – Ада задыхалась от возмущения.

– Ммм? Погоди, я тише сделаю. Такая, слушай, комедия! Жалко, что ты не смотришь на английском…

Адины слова поставили его на место. Закурил, перешел на балкон и слушал возмущенное клокотание сестры, втайне восхищаясь Яном.

– А на ком? – удалось-таки вставить вопрос.

– «На ко-ом», – передразнила Ада. – На ком еще, как не на этой… Да хоть на ком! Вам лишь бы жениться, вы только об этом и думаете!

Дым ровно стелился поверх перил. Яков осторожно поставил трубку подальше, чтобы голос не ввинчивался в ухо. Ну-у дает… Эта ему не нравилась, однако надо же, свадьба! Костюм купил…

– Я предупредила: только через мой труп! – неслось из трубки.

…Нет чтобы под сурдинку сходить в мэрию, выждать, а потом как бы невзначай… Что «потом», он отлично знал – потом была бы грандиозная истерика, мэрия сгорела бы ясным огнем, и потому хорошо, что сестра живет не здесь, а на отшибе, не ездит на машине и, следовательно, не появится в любую минуту в дверях; это хорошо… Но каков! Он восхищался племянником – не только свадьбу затеял и купил костюм, а сам – сам, добровольно! – поехал и доложил.

А там пускай женится хоть на стриженой девке. Такая она и есть… эта.

«На какое число нам заказывать билеты?» – волновалась Юлина мать. У Нины было намного больше вопросов: какая там у вас погода; где мы будем жить; о господи, мне нечего надеть, и почему мы с папой все узнаем последними? «Мы с папой» было пришпилено второпях – ее задело, что внук не привез невесту. Георгий просто радовался, без всяких обид – это была прерогатива матери.

Билеты заказать не успели – Нина подвернула ногу в магазине на эскалаторе. Растянутые связки болели, щиколотка распухла, ступать было трудно. Она рвалась на свадьбу, как в атаку: платье куплено, тронная речь готова, но как ты не понимаешь, я же не могу с такой ногой появиться на свадьбе, господи, как назло, а тут еще папино давление, я не понимаю, вот у меня никакого давления нет… Юлька встревожилась: отец не жаловался – ни раньше, когда цифры зашкаливали, ни в этот раз, и мягко, но решительно отказался обсуждать эту тему. Вот в этом их разница: матери всегда необходимо описать все, что с ней происходит, нисколько не заботясь о подборе слов. Это было в ней так же неистребимо, как любовь к пению у человека без музыкального слуха.

Неожиданно простой выход нашла Лора: «Если гора не идет к Магомету, что делает Магомет? – Идет к горе. Вот и мы поедем в свадебное путешествие во Флориду». Шлыковы, подарившие деньги на поездку в Испанию, недоуменно переглядывались: «А как же Мадрид?» – «Никуда не денется», – безмятежно возразила дочь.

Свадьба прошла в специально снятом зале для торжеств, как проходят все свадьбы: многолюдно, бестолково, шумно. Лора грамотно продумала, как рассадить гостей во избежание нежелательной близости, поэтому столик с Юлькиным бывшим мужем находился в противоположном углу. Спиной к ним сидела, оживленно с кем-то разговаривая, жена.