Махмени молчал. Если быть честным до конца, он и сам являлся звеном в цепочке и ничем не отличался от Сафира, Росси и Дунканов – он знал все и обо всех, а также о Ванкувере. Он знал все о положении вещей. Он обладал старательностью и усердием. Он провел необходимое расследование. Они являлись звеньями цепи, если не считать того, что он сам был предпоследним звеном, а потому подвергался наибольшему давлению. Дело в том, что над ним находился саудовец, невероятно богатый и столь же порочный. Плохое сочетание.
– Скидка десять процентов, – сказал Махмени.
– Конечно, – ответил Сафир.
– Позвони мне, когда будешь знать детали, – сказал Махмени.
Доктор припарковался за мотелем, между изогнутой стеной и круглым частоколом, за которым стояли мусорный контейнер и баллоны с газом. Рядом с машиной Винсента, старым седаном «Понтиак». Не идеальное место. С некоторых направлений пикап был хорошо виден, как с юга, так и с севера. Но ничего лучшего доктор найти не сумел. Он вышел и немного постоял на холодном ветру, глядя по сторонам. Ничего.
Доктор нашел Винсента в баре, в одном из бархатных красных кресел. Винсент сидел и смотрел в пустоту. У него был синяк под глазом, разбитая губа, на щеке припухлость размером с куриное яйцо. Его лицо не сильно отличалось от лица доктора. В общем, подходящая парочка, будто зеркальное отражение друг друга.
– Тебе что-нибудь нужно? – спросил доктор.
– У меня ужасно болит голова, – ответил Винсент.
– Хочешь болеутоляющие?
– Не поможет. Я хочу, чтобы все закончилось. Хочу, чтобы этот парень завершил, что начал.
– Он уже на пути в Вирджинию.
– Замечательно.
– Он сказал, что собирается заехать в полицию округа. И обещал вернуться, если найдет какие-то нестыковки в деле, закрытом двадцать пять лет назад.
– Древняя история. Они наверняка все выбросили.
– Он говорит, что нет.
– Тогда они ему ничего не покажут.
– А он уверен, что покажут.
– Что он найдет сейчас, если они не сумели ничего обнаружить тогда? Очевидно, он никогда не вернется. Просто смягчает удар, вот и все. Нашел предлог, чтобы сбежать. И оставил нас в тяжелом положении.
В баре стало тихо.
– Тебе что-нибудь нужно? – снова спросил доктор.
– А тебе? – спросил в ответ Винсент. – Хочешь выпить?
– Тебе разрешили меня обслуживать?
– Уже поздно беспокоиться о таких вещах, тебе не кажется? Так хочешь выпить?
– Нет, – ответил доктор. – Лучше я не стану пить. – Он немного помолчал и добавил: – Ну, разве что стаканчик, на дорожку.
Сафир позвонил Росси.
– Я хочу скидку двадцать процентов, – сказал он.
– В обмен на что? – поинтересовался Росси.
– За помощь. За то, что я пошлю туда своих парней.
– Пятнадцать. Потому что вы помогаете еще и себе.
– Двадцать, – сказал Сафир. – Речь идет не только об отправке туда моих людей.
– Как так?
– У меня в кабинете сидят двое парней. Прямо здесь, прямо сейчас. Я ведь тебе говорил? Неужели ты думаешь, что я отзову парней из твоего офиса, пока другие находятся в моем? Ну, тогда продолжай мечтать. Такое случится не скоро. Мне удалось убедить своего клиента дать в помощь еще и его ребятишек. Мы совместно приносим жертву. Так или иначе, но мы хотим получить свою долю.
Росси немного помолчал.
– Ладно, – сказал он. – Это разумно. Очень. Таким образом, у нас будет шесть человек. Мы сможем быстро решить проблему и избавиться от всех проблем.
– Детали?
– Ближайшие признаки цивилизации находятся на шестьдесят миль к югу. Там же окружная полиция. И база моих парней. Остановиться можно только в «Кортъярд Марриотт». Я скажу, чтобы они вернулись туда прямо сейчас и забронировали пару номеров. Наши люди встретятся, договорятся и начнут действовать.
Двухполосное шоссе оставалось совершенно прямым до самого конца. Ричер спокойно вел «Кадиллак» со скоростью шестьдесят миль в час, проезжая милю в минуту без малейшего напряжения. Через пятьдесят минут он миновал одинокий бар на правой обочине: маленькое сгорбленное деревянное строение с грязными окнами и рекламой пива, с тремя машинами на парковке, в глаза ему бросилось название: «Тюремный корпус». Что ж, оно подходило. «Если прищуриться, – подумал Ричер, – можно принять его за тюрьму из старого вестерна». Он промчался мимо, а еще через милю горизонт изменился. Из полуденного тумана появились водонапорная башня и знак бензоколонки «Тексако». Цивилизация. Однако городок выглядел совсем маленьким. На шахматной доске посреди пустыни стояла дюжина невысоких блочных зданий.
В восьмистах ярдах Джек увидел придорожный щит с рекламой Торговой палаты, предлагавшей путешественникам пять способов потратить деньги. Если он хотел поесть, здесь имелось два ресторана. В одном обещали быстрое обслуживание. Ричер не узнал названий, значит, они не принадлежали сетям. Если путешественник желал починить машину, он мог обратиться на станцию обслуживания и в магазин покрышек. А если у него возникла нужда переночевать, к его услугам был лишь отель «Кортъярд Марриотт».
