Через три минуты он привычно уселся на заднее сиденье сверкающего черным лаком лимузина. Федор мягко тронулся с места. На губах еще чувствовался вкус Лениного поцелуя. Может, действительно жениться? Хотя это ответственное решение, его следует хорошо обдумать… А с другой стороны — что тут думать? Красивая, элегантная женщина, не дура, умеет себя вести, старается вести хозяйство, да и вообще — с Леной ему хорошо! К тому же в последнее время ему все чаще приходится выходить в свет, где бывает городское и областное начальство, там почти все присутствуют с женами.
— Ну, поживём — увидим! — сказал Андрей.
— Что, шеф? — озаботился водитель.
— Ничего, Федя, все в порядке!
— Не бойтесь, Андрей Иванович, домчу вовремя!
— Да я и не боюсь! Тем более, совещаний сегодня нет…
На самом деле совещание на «Сельхозмаше» было запланировано, и чрезвычайно важное, только участвовать в нем должен был узкий круг лиц. Очень узкий. Даже Вайса под благовидным предлогом отправили в отгул. Участниками были только генеральный и коммерческий. Но совещаться они собирались, конечно, не друг с другом, а с заклятыми врагами и временными союзниками из «Консорциума».
— Только лишнего не болтай! — предупредил Малышева опытный Фёдоров. — Раз они нам «жучка» вставили, то могут и на себе таких же насекомых принести.
— Думаешь, это их работа? — спросил генеральный, который не привык к таким делам и совершенно не заботился об информационной безопасности.
Накануне он даже не хотел впускать спеца-электронщика в свой кабинет, но Фёдоров настоял, в результате был обнаружен микропередатчик.
— А чья?
— Ну, может, эти… — Малышев указал куда-то наверх.
— Вряд ли. Они тоньше работают. Но посмотрим. Я их прямо в лоб спрошу. А в приемной их проверят детектором, Миша уже ждет…
— Тогда чего же бояться? — поднял кустистые брови генеральный.
— Береженого бог бережет, а небереженого конвой стережет, — ответил Фёдоров. — Слыхал такую поговорку?
— Первую часть слышал…
— А про заговор с целью убийства слышал?
Малышев недовольно засопел и подошел к аквариуму. Вид плавающих рыбок всегда его успокаивал. А Фёдоров подошел к окну, нетерпеливо выглянул на заводскую площадь.
— Ну, где вы там? — спросил он неизвестно у кого…
Ночью неожиданно выпал легкий снежок, к утру он схватился ледяной коркой, а под первыми лучами солнца стал таять. Когда БМВ Говорова, объехав памятник комбайну, остановился у входа в заводоуправление, Пашка Колотунчик трудился как заведенный: скалывал ломом лед, потом лихорадочно махал метлой и совковой лопатой, сметая с асфальта льдинки, грязь и небольшие лужи.
— Здорово, Паша! — Говоров подошел, протянул руку и привычно пошутил: — Что за спешка? Или опять вивесторы приезжают?
Пашка шмыгнул носом, воровато огляделся, вытер об оранжевый жилет не слишком чистую ладонь и после быстрого рукопожатия тут же отдернул руку.
— Здравствуйте, Андрей Иванович. Именно что приезжают! А тут, как назло, — вроде уже весна, а он опять насыпался… Вот ведь какие колотунчики! — Пашка снова огляделся.
— Ты что, кур воровал? Чего головой крутишь?
— Чего, чего… А то сами не знаете! Увидят, как с начальством ручкаюсь, вот и дадут колотунчиков…
— Да за это разве дают?
— За все дают! — Пашка опять шмыгнул носом. — Сегодня сам Фёдоров сказал: вивесторы едут, языками вылижите площадь, до чистого асфальта… А с кем лизать? Тебя вот забрали на повышение, а на твое место никого не дали! И Матвеич обещал подсобить, а не пришел! — Он кивнул на прислоненную к памятнику вторую метлу. — От меня уже пар идет, а толку мало! Вот увидят, что площадь не убрана, значит, что? Значит, я не справляюсь! И попрут в три шеи…
Говоров на миг задумался.
— А знаешь что? А давай я тебе помогу! В четыре руки быстрей пойдет! — Андрей схватил метлу. Шерк-шерк-шерк…
Колотунчик попятился:
— Андрей Иванович, ты это… Заканчивай… Тебе-то ничего не будет, а мне колотунчиков-то достанется.
— Э-э-э, братец, тебя не поймешь! И так плохо, и этак нехорошо… Давай, ты лед срубай, а я сметать буду! — сказал Говоров, привычно взмахивая метлой.
Шерк-шерк-шерк…
Фёдоров замер у окна. У него даже челюсть отвисла…
— Ну-ка, Юра, подойди, а то мне всякая чертовщина мерещится, — негромко позвал он, но в тоне слышалось такое изумление, что Малышев немедленно подбежал и стал рядом.
— Ну, и что ты уви…
Фраза оборвалась на полуслове. Генеральный и коммерческий директоры молча смотрели, как главный энергетик завода в элегантном пальто и щегольской шляпе метет площадь перед заводоуправлением. Второй дворник в оранжевом жилете возил скребком по асфальту чуть поодаль.
— Похоже, он чокнутый, — сказал Малышев. — Причем на всю голову!
— Лох есть лох! — кивнул Фёдоров.
Шерк-шерк-шерк! — шаркала метла.
На этот раз джипов было два. Огромные, черные, угловатые, они обогнули площадь по часовой стрелке. Руководители ехали в первом, второй занимала охрана.
— Обратите внимание, как одет этот дворник! — удивленно сказал Храмцов. — Видно, дела у них идут неплохо!
— Да, действительно! — Олег Сергеевич даже присвистнул. — Я такого никогда не видел!
