Я поведу речь об известных событиях в Роскве, случившихся в 1844 году в День Сосны Месяца Света, когда была захвачена городская цитадель. Мятежный Очаг и Тур Чегич, его вождь, долгие годы трудились над подготовкой восстания, но предусмотреть все не удалось. Казалось бы, в начале лета ситуация благоприятствовала успеху борьбы: у северной границы и за Днапром стояли вспомогательные войска, набранные в Риканне, к Пелту и Лодейному Причалу подошел бритунский флот, Тракт Вечерней Зари был перерезан около Удей-Улы изломщиками Сайберна, а боевые дружины и ополчения Очага находились повсеместно в полной готовности. По планам восставших главная битва должна была произойти на Северных и Западных Валах, куда подтягивались корпуса наемников из Риканны и многочисленные ополченцы, а столицу предполагалось взять «малой кровью». Однако в последний момент сахем аситов (или, возможно, его военачальники) решил сражаться за Роскву до конца, и в результате с Валов были переброшены значительные войсковые контингенты. Без сомнения мятеж в Роскве утопили бы в крови, а вождей Очага уничтожили, если бы не отряды бритунцев и иберов, которые прибыли в столицу на сотнях воздухолетов. Росква внезапно стала полем упорной борьбы, а ее эпицентром явилась битва за Пять Пирамид. До сих пор неясно, как Борку Улоге, одному из видных вождей Очага, удалось проникнуть в цитадель, но в День Сосны она пала, а сахем Коком-Чель и его приспешники погибли. Это стало началом конца - в ближайший месяц с более чем двухсотлетним владычеством аситов в Россайнеле было покончено. Их власть исчезла как пламя догоревшей свечи.
Серета Хор «История догоревшей свечи», Росква, Школа знаний о былом, 1862 год от Пришествия Оримби Мооль.Аполло Джума не ошибся - Дженнак был в Роскве. Стоя за обгоревшей кирпичной стеной Торгового Двора Ах-Хишари, он оглядывал площадь, что походила сейчас на кладбище - мертвецов сюда свезли, но погребальные костры еще не приготовили. Все обширное пространство от Двора до Храма Благого Тассилия и дальше, до высокой стены цитадели, было усеяно трупами людей и лошадей. Должно быть, воинов тут лежало побольше тысячи, иберов и бритунцев, аситов и россайнов; кто клинком поражен, кто пулей, кто взрывом громового шара. На площади царила тишина, но из других районов Росквы и с окраин города долетали звуки битвы - выстрелы, воинственные крики, топот, грохот взрывов, лязг. Дженнак прислушивался к этим шумам, стараясь различить скрип колес и характерное погромыхивание, какое издают тяжело груженные возы. Убедившись, что аситы крепко сидят в Пяти Пирамидах, он послал за метателями, но их еще не подвезли - возможно, по той причине, что ни один из аситских арсеналов взять еще не удалось. - Что прикажешь, лорд? - послышалось за его спиной.
