| He believed that the just would be rewarded in heaven. | Он верил и в то, что праведников ждет райское блаженство. |
| But who were the just? | Но где эти праведники? |
| Mrs. Gerhardt had not had a bad heart. | У миссис Герхардт было доброе сердце. |
| Jennie was the soul of generosity. | Дженни - само великодушие. |
| Take his son Sebastian. | А его сын Себастьян? |
| Sebastian was a good boy, but he was cold, and certainly indifferent to his father. | Себастьян - хороший мальчик, но сердце у него черствое, а сыновней любви нет и в помине. |
| Take Martha-she was ambitious, but obviously selfish. | Марта честолюбива, думает только о себе. |
| Somehow the children, outside of Jennie, seemed self-centered. | Выходит, что все дети, кроме Дженни, - эгоисты. |
| Bass walked off when he got married, and did nothing more for anybody. | Басс, с тех пор как женился, пальцем не шевельнул для семьи. |
| Martha insisted that she needed all she made to live on. | Марта уверяет, что ее заработка ей еле хватает на себя. |
| George had contributed for a little while, but had finally refused to help out. | Джордж сначала хоть немножко помогал, а потом бросил. |
| Veronica and William had been content to live on Jennie's money so long as he would allow it, and yet they knew it was not right. | Вероника и Уильям спокойно жили на деньги Дженни, пока он это разрешал, хоть и знали, что поступают нехорошо. |
| His very existence, was it not a commentary on the selfishness of his children? | А теперешнее существование его, Герхардта, разве не свидетельствует об эгоизме детей? |
| And he was getting so old. | И силы его уже не прежние. |
| He shook his head. | Он сокрушенно качал головой. |
| Mystery of mysteries. | Загадка, да и только. |
| Life was truly strange, and dark, and uncertain. | Все в жизни непонятно, таинственно, шатко. |
| Still he did not want to go and live with any of his children. | А все-таки ни с кем из детей он не желает жить. |
| Actually they were not worthy of him-none but Jennie, and she was not good. | Они недостойны его, все, кроме Дженни, а Дженни живет грешной жизнью. |
| So he grieved. | Так горевал старый Герхардт. |
| This woeful condition of affairs was not made known to Jennie for some time. | Дженни не сразу узнала обо всех этих печальных делах. |
| She had been sending her letters to Martha, but, on her leaving, Jennie had been writing directly to Gerhardt. | Раньше она адресовала свои письма Марте, потом, когда сестра вышла замуж, стала писать прямо отцу. |
| After Veronica's departure Gerhardt wrote to Jennie saying that there was no need of sending any more money. | После ухода младших детей Г ерхардт написал ей, чтобы она больше не присылала денег. |
