Джордж напрягся. Мать наконец отпустила его руку.
– Чудесно. Вы ведь в родстве с графом Рэддичем? – задала она вопрос новой знакомой.
– Он мой дядя. – Молодая леди говорила ледяным тоном, как будто матушка Джорджа была прислугой. И это неудивительно, ведь девица происходила из семьи, глава которой способен без колебаний довести человека до полного разорения.
Джордж рассматривал девушку, а в голове у него вертелись различные возможности. Светловолосая и светлокожая, почти прозрачная, и к тому же в белом платье, она была похожа на привидение. Даже глаза у нее были такого светло-серого оттенка, что почти сливались с кожей лица. С точки зрения ценителя красоты, тут не о чем говорить, если только не являешься поклонником нетронутого холста. Если Джордж сумеет проломиться сквозь эту ледяную корку, то сможет завязать достаточно близкое знакомство, чтобы навестить ее в городе. Главное, начать. Чтобы растопить этот лед, ему потребуется все имеющееся обаяние. Не отрывая взгляда от глаз мисс Маршалл, Джордж предвкушал сладкий вкус победы у себя на губах. Это случится, когда он выплатит все долги Саммерсби и разоблачит Рэддича перед всем миром.
Итак, улыбнемся. Похоже, успех налицо, если судить по вздохам окруживших его молодых леди.
– Закончила! – провозгласила мисс Аберкромби. Девушки окружили ее восхищенной стайкой, но Джордж остался на месте. Он видел достаточно творений молодых леди, а в этом случае его больше интересовала модель. Таким образом, Джордж оказался совсем не подготовлен, когда мисс Аберкромби вдруг воскликнула:
– А следующий портрет я сделаю с мистера Аппертона!
Джордж поднял руки.
– Дорогие леди, я совсем не…
– О, пожалуйста! – закричали все в один голос. Даже мисс Маршалл слегка оживилась и присоединилась к общему хору.
– Ну, если вы настаиваете… То есть если мне не придется стоять как статуе. Позирование доставит больше удовольствия, если мне позволят беседовать с вами.
Мисс Аберкромби кивнула в знак согласия. И слава Богу. Если бы пришлось стоять молча и думать, насколько оценивающий у нее взгляд, он сошел бы с ума. Джордж встал, куда ему указала художница, и постарался выбросить из головы мысли о ее проницательном взгляде.
– Маршалл… Маршалл… – Он постучал пальцами по подбородку. – Кажется, я вспоминаю… В Итоне на год или два позже меня учился кто-то с таким именем. У вас, случайно, нет старшего брата?
Мисс Маршалл ответила ему холодным взглядом.
– К сожалению, нет.
Джорджу пришлось напрягать слух, чтобы расслышать ее намеренно тихий ответ.
– Ну что ж, жаль. Значит, кузен?
– Нет, сэр.
Когда девушка произнесла эти слова, в ее глазах мелькнула, нет, не искра, – для этого взгляд молодой леди был слишком бесстрастным, – но какая-то тень. Ага, значит, малышке есть что скрывать. Впрочем, как и большинству представителей большого света, но семья этой леди особенно усердно прятала свои скелеты в шкафу. Может, поэтому девушка так старается сливаться с обстановкой? Но под изучающим взглядом Джорджа молодая леди, похоже, дрогнула.
– Да-да, Маршалл. Я вспомнил. Генри – вот как его звали. Все время попадал в переделки. Почти как я. – Он сделал паузу, давая возможность аудитории похихикать. – Помнится, он был в вас влюблен. Или вы в него.
Мисс Маршалл склонила голову набок и ответила ему убийственно-ледяным взглядом.
– Что касается меня, то это невозможно.
– Да нет же. Все так и было. – Конечно, невозможно, поскольку ее предполагаемый кузен попросту не существовал. – Я теперь ясно все вижу. Нос у него был такой же, как ваш. И волосы светлые, а цвет лица чуть красноватый.
Девушка набрала воздуха в легкие, ее плечи приподнялись, а светлые брови, наоборот, хмуро опустились. На щеках появились розоватые пятна. Наверняка она никогда в жизни не была такой румяной. Должно быть, внутри у нее все кипит.
– Боюсь, что вы заблуждаетесь. Я не знаю никакого Генри Маршалла. У меня нет даже знакомого с таким именем, не то что родственника.
Чем дольше она говорила, тем больше Джордж убеждался, что задел болевую точку. Девчонка что-то скрывает. Может, дело касается не ее самой, а какого-то крупного скандала в семье? Но какого? Джордж никогда особенно не прислушивался к сплетням, во всяком случае, к тем, которые не касались его интересов. Если в свете болтают, что лорд такой-то проигрывает большие деньги, тут он мог бы насторожиться. Если о ком-то говорили, что он соблазняет молодых девушек, то Джордж тоже обратил бы внимание, чтобы не допустить подобного типа в круг знакомых своих сестер. Но он никогда не слышал никаких разговоров о графе Рэддиче, пока не узнал о разорении Саммерсби. Надо во что бы то ни стало повидать эту девушку в более удобной обстановке, и тогда он сумеет ее разговорить. А это значит, что следует встретиться с ней наедине.
Разумеется, с Питером Уэстоном все будет в порядке, говорила себе Изабелла, выходя из дома викария. Мать слишком балует его. Если поедать столько сладостей, то у любого мальчишки разболится живот.
