– Но почему? Ведь он столько времени даже не задумывался, как и чем ты живешь? – Насколько легче сосредоточиться на грехах Рэддича, чем на своих собственных.
– Он ведь не знал, куда я отправилась. Я уверена, это Эмили сообщила ему, где я живу. – Изабелла умолкла и с усилием сглотнула. Она явно пыталась справиться с обуревавшими ее чувствами. – Он выгнал меня в приступе гнева, когда узнал, что я беременна Джеком. Думаю, если бы он задумался, то захотел бы, чтобы я была поближе к семье, но так, чтобы не ставить их в неудобное положение.
– Да, неудобное положение. – Семья Изабеллы уже не могла опуститься ниже в его глазах. – Твой отец очень странно проявил заботу о тебе – обращался как со служанкой.
– Какой смысл носить новые платья, если меня все равно никто не видит, а старые еще не износились? – Казалось, слова застревают у нее в горле. – К тому же я думала, что Джек легче смирится со своей участью, если я буду подавать ему пример.
– Со своей участью, – повторил Джордж, постукивая пальцами по спинке кресла, чтобы справиться с нахлынувшими на него чувствами. Он хорошо знал, как горда Изабелла. Как тяжело было ей вернуться как блудной дочери и терпеть дурное обращение с сыном. Но Джордж не может позволить себе сочувствия по отношению к ней. Она и так уже отняла у него сердце. – И ты готова принять такую судьбу? И не желаешь ему ничего лучшего?
– Нет, я не смирюсь с этим. – Она вытерла уголок глаза. – Ведь его до крови били по рукам палкой за непослушание. Поэтому я и ушла.
– Значит, ты не думала, что дойдет до такого? – Очень холодное замечание, но Джорджу надо было сохранять барьер между ними, иначе он просто лопнет от бешенства, как едва не случилось в разговоре с Рэддичем.
Их взгляды встретились, и, очевидно, Изабелла прочла в глазах Джорджа всю глубину его чувства. В тот миг он не смог сохранить на лице маску равнодушия. Если не взять себя в руки, то это случится снова – он окажется беззащитен.
Собравшись с духом, Изабелла продолжила:
– Я думала, Иствик примет во внимание происхождение Джека.
– Похоже, он так и сделал. Только думал не о том из родителей.
Изабелла сверкнула на него глазами.
– Я пришла не для того, чтобы обсуждать с тобой это.
– Ага, вот мы и у цели. Зачем же ты пришла?
– Я тебе сказала. Я не хочу, чтобы ты посылал его в Итон.
– Почему?
– Потому что не хочу быть обязанной тебе.
Вот она, ее проклятая гордость.
– Может быть, ты примешь эту помощь в качестве извинения?
– Извинения? За что?
– В Кенте я дурно с тобой обошелся. Мне следовало проявить больше сдержанности и осмотрительности. Мне нет прощения. Я просто не совладал с собой. – Похоже, его стойкость подходила к концу. Джордж вцепился в спинку кресла так, что заныли пальцы.
– Ты ничего мне не должен.
– А ты сказала бы так, если бы оказалась беременна? – Джордж сделал глубокий вдох и задал тот вопрос, который действительно мучил его все это время: – Ты не беременна?
– Нет.
Ему показалось, что он снова оказался в холодных водах пролива и рвется к Джеку. Холодно, безнадежно. В нем возникло странное чувство и подхватило его, как волна. И оно удивительно напоминало разочарование. Но почему он должен испытывать разочарование? Надо радоваться. Никогда в жизни Джордж не хотел никакой связи с женщиной, кроме плотской.
Вот только Изабелла была иной. Джордж мечтал, чтобы она оставалась в его жизни, в его будущем, пусть даже со всеми сопутствующими сложностями – домом, Джеком, детьми. Наследником. Его наследником.
– Ну, это… – Это – что? Облегчение? В каком-то смысле да. Потому что он не хочет посадить ей на шею еще одного ребенка, когда Изабелле и так приходится бороться изо всех сил, чтобы свести концы с концами. Это хорошо? Господи, да ничего хорошего в этом нет! От такой мысли Джордж испугался по-настоящему. – Это к лучшему, – наконец закончил он фразу.
Изабелла повернулась к двери.
– Ты пришла только из-за этого? – Джордж чувствовал, что в голосе, несмотря на все его притворство, прозвучала надежда.
Изабелла настороженно оглянулась.
– Я пришла сказать тебе, что не хочу, чтобы ты отправлял Джека в Итон. Это я и сделала.
Боже, что за властный тон. Джордж снова отметил ее сходство с Рэддичем. И это понятно, ведь она выросла, командуя слугами и ожидая от них беспрекословного повиновения.
– И ты готова лишить его шанса на лучшую жизнь?
– Я просто не хочу, чтобы ты забрал его у меня.
– Я не говорил, что собираюсь так поступить. – Джордж сунул руку в карман сюртука и вынул кошелек, с помощью которого планировал рассчитаться с ее отцом. Звякнули монеты. – Я только хотел предоставить средства.
Изабелла не сводила с кошелька глаз, и Джордж практически видел, как она считает, сколько на эту сумму можно купить мяса, сколько ярдов ткани для новой одежды, сколько месяцев платить за жилье. Жизненно важные расходы. В ее обстоятельствах они значили больше, чем образование Джека.
– Если хочешь, – заговорил Джордж, чтобы прервать молчание, – я просто отдам деньги тебе. Расходуй их, как считаешь нужным.
