Пожалуй, насмотрелся. Пора двигать домой. Кинув последний взгляд на пост, я заскакал по камням козлом средних лет – с достоинством, не торопясь. По правде говоря, опасаясь навернуться. Разложиться и вправду было парой пустяков. Всецело поглощенный задачей, я не сразу расслышал далекие хлопки. До жирафа наконец «дошло», и я, остановившись, прислушался. Глядеть было бесполезно – впереди простиралось зеленое море. Кажется, звуки шли со стороны поселка.
Продолжив путь по валунам, теперь я делал частые остановки, вслушиваясь в перемещавшиеся очереди.
Остановившись в очередной раз и покрутив ушами, я более-менее определил район и выдохнул – стреляли где-то в центре поселка. В промежутке деревьев мелькнул силуэт спешащей машины. Приняв позу настороженного суслика, я принялся активно сканировать глазами деревья. Труды не пропали даром – секунд через пять мелькнул второй. Судя по направлению, обе машины двигались в мой сектор. Отбросив достоинство, я сайгаком заскакал по камням – желание встречаться с кем попало отсутствовало.
Жареным запахло обыденно и быстро. Добежав до края осыпи, я краем глаза словил мелькнувшее сквозь зелень светлое пятно – бежевая тачка в крутом повороте миновала открытый участок. Это было совсем близко – метров триста-четыреста. Проследив возможный путь машины, я основательно напрягся – проезд, по которому неслось авто, заканчивался тупичком. Точнее – запертыми воротами в мои персики. Дальше шли сто пятьдесят метров прямой, как стрела, поросшей зеленью аллейки… упиравшейся в камни, на которых заседал я.
На повороте показалась вторая машина. Какой-то мужик, высунувшись из окна, с азартом палил вперед, по ходу движения. Приоткрыв рот, я смотрел, как две выраставшие на глазах проблемы летели ко мне по узкому, извилистому проселку. Больше тут лететь некуда.
Глухой удар – кажется, один из гонщиков не вписался, цепанув забор. Автоматное туканье превратилось в грохот близкой очереди. Истошно завизжали шины. Первая машина, раскидывая щебень покрышками, преодолела поворот, выскакивая на площадку перед воротами. Все, поздняк метаться.
Не сводя глаз с машины, я перехватил автомат, присаживаясь за камнями. На это у меня уже ума хватило.
Выскочив на площадку, автомобиль попытался увернуться от ворот, прочесав забор крылом и подняв облако пыли. Дальнейшее было отлично видно поверх персиков – из остановившейся машины выскочили двое и кинулись в дыру в порванной сетке. Второй пыльный шлейф, рев мотора, сменяющийся визгом тормозов. Автоматный грохот. Один из бежавших, только выдравшийся из растрепанной проволоки, упал. Второй рванул в персики. Из второй машины выскочили трое – один остался, двое дернули за беглецом, подбадривая его и себя короткими очередями.
Просто чудесно – безвестный удод вел преследователей прямо на меня. Кинув взгляд на ближайшие деревья, до которых было метров двадцать, я остался на пятой точке – до посадок уже не успеть. Похоже, придется принимать участие в этом балагане. Самое забавное, если это окажутся разборки между своими. Хотя… Нет. Бежала девка. Белая. И наверно – симпатичная, судя по силуэту.
Мелькание бегущих сквозь деревья. Приближались они быстро. Беглянка выбежала на полянку у осыпи, сопя как астматик. Молоденькая и до смерти перепуганная. На полусогнутых, она галопом понеслась мимо меня. Преследователи, не особо напрягаясь, трусили за ней метрах в сорока. Выглядели они посвежей и, похоже, не намеревались ее убивать. По крайней мере – немедленно. Разглядывая бегущую, я понимал – почему. Длинные развевающиеся волосы, точеная фигурка. Даже тяжелая поступь изможденной грации не делала ее некрасивой. Я был бы не прочь.
«О вечном думай!» – одернул я себя, наводя мушку на ближайшего. Выстрел. Не успев убрать предвкушающую улыбку, тот ткнулся в землю счастливой рожей. Второй, не размышляя, упал, исчезнув из поля зрения. Через секунду мой булыжник содрогнулся, плеснув ливнем каменных осколков. По кумполу пробарабанило что-то неприятно твердое.
Твою мать! Этот парень не походил на утренних пентюхов!
Схватив ближайший булыжник, я по параболе закинул его стрелявшему. И с полусекундным промежутком встал. Времени молиться не было. Только угадал – не угадал. Если да – есть секунда-полторы.
Угадал! Увидев и ведя глазами катящееся в траве тело, я вскинул автомат. Тело рывком остановилось, вскидывая свой. Совмещая мушку с мишенью, я увидел запорхавший огонек, но нажал спуск, только совместив цель и средство. Бахнул выстрел. Араб обмяк, успев обжечь мое плечо пулей.
Матерясь, я как горный козел сиганул через камень и, выпустив для острастки пол-магазина в сторону ворот, рявкнул:
– Иди сюда!
Никто не отозвался. Смотря в сторону ворот и начиная паниковать, я вторично позвал клятую бабу. Ответом был запаленный всхлип вперемежку с рыданием. Оглядываясь в сторону ворот, я подрысил к задыхающейся от бега, слюней и соплей девке и, схватив за шкирку, скомандовал:
– Бежим!
