— Джо, — старик глубоко вздохнул, держа в одной руке волшебную палочку, а второй ероша свою алопецию, — Я тебя сейчас чайником ударю. Прямо по голове.
— Угу. Чайник. Дино… Чайник. Откуда я взял чайник?
— Это наш чайник, — обидчиво заявил явно не договоривший крайне правый.
В глазах моего бывшего декана обида и шок постепенно сменялись работой мысли головного мозга. Шайн, подкрадывающийся сзади, обнюхивал эльфийские головы. Те быстро прядали ушами и слегка нервничали.
— Ты не только чайник нашел! — осенило старого волшебника.
— Отпустите нас или вам не жить! — заволновался крайний левый, — Ваша смерть будет тяжкой!
— Очень! — гневно добавил его сосед.
— Мы представители народа эльфов!
— Да! — крайний правый явно решил оставить запас слов на будущее.
— Да? — поднявшись, я прошествовал за наш шалаш, а оттуда, чутка напрягшись, показал эльфийским головам, Крэйвену и коту бессознательную эльфийскую девочку с залитой красной жидкостью грудью, — А я думаю, что вы нам брешете!
— Ты убил ребенка⁈ — крайний левый, определенно обладающий повышенным, по сравнению с другими особями, интеллектом, спросил с таким ужасом, как будто бы ребенок его.
Дино тоже сделал глаза какающей кактусом мартышки. Один Шайн, на глазах которого я проделал уже десятки таких трюков, сидел и невозмутимо нализывал себе лапу, чтобы утереть встопорщенную на морде шерсть.
— Она себя плохо вела, — не стал отрицать я, небрежно закидывая эльфийку в шалаш, — А теперь ваша очередь, господа преступники, воры и контрабандисты…
— Ч-что? — пробормотал вновь впавший в состояние грогги Дино.
— Ты мне рассказывал, что разум и логику эльфа человеку понять трудновато, Дино, — кивал я, доставая из-за пояса нож, — Это вполне естественно, думаю. Но еще есть разум негодяев, а вот его-то, родимого, я понимаю прекрасно. Время резать уши, господа перворожденные…
После лицезрения окровавленной девочки, у эльфов пропали все иллюзии, а также важный и отстраненный вид, после чего они чуть ли не завизжали, требуя переговоров, торговли и «не подходи, человек!!». Игнорируя выпавшего в осадок Крэйвена, который при всей своей ворчливости и нелюдимости даже на гремлинов голос никогда не повышал, я принялся вслух выбирать между двумя средними головами. Крайний левый был умен, а крайний правый много болтал, так что сначала нужно было потратить самые слабые звенья.
Так мы стали слушателями истории, в которой открылась часть тайны про мага-отступника, Золакса Строптивого. Тот, в общем, торговал, хорошо торговал, как с периодически заезжающими к нему на огонек контрабандистами людей, так и с местным эльфячеством, продавая, кто бы мог подумать, различные травы, корешки, ягоды и орехи высокой ценности, редкости и прелести. Разумеется, он делал это как маг, не выходя из своей берлоги, поэтому у представителей покупающей стороны были ладанки-пропуски к защите острова, персонально зачарованные на кровь.
Затем маг перестает подавать признаки жизни, контрабандисты грустно увозят эти новости к людям, а вот эльфы… совсем другое дело. У них, у эльфов, преступность редка и находится очень сильно под плинтусом, потому что воровать почти нечего, банки ипотеку не выдают, любое дупло дом, а под каждым деревом чуть ли не бесплатный стол. Поэтому авантюристам, мошенникам и прочим негодяям, которым, в отличие от приличного эльфа, хочется и наркотик позабористее, и манадрим почернушнее, нужно сильно упороться, чтобы раздобыть золотишка. Поэтому местная гоп-команда и прибыла на остров, чтобы узнать получше — где у волшебного деда его делянка, и нельзя ли её приватизировать?
Всё-таки, выращивать эльфы умеют, а эльфы-преступники умеют втройне, они ж этим, можно сказать, и промышляли, пока с Золаксом контакт не построили. Украв у одного из отсутствовавших дома мудрецов (считай настоящих эльфийских магов) его юную ученицу (внучку), они изрядно обдолбали девушку, транспортируя сюда, а затем, скрывая свои преступные лица и морды, требовали, чтобы та расколдовала вход в магово жилище, таская к нему, жилищу, девицу на руках. Томными вечерами коварные пройдохи заново накачивали ушастое дитя леса чем-то запретным, то спало, а они строили грязные планы и лелеяли замыслы. Затем появились мы.
— Погоди, а за что ты девочку… убил? — промямлил непослушными губами глупую вещь Дино.
— Да живая она, — отмахнулся я, — Просто не уследил. Только принес её, она своего деда сюда вызвала, а затем, стоило мне отвернуться, всё наше вино покрала и выпила, сучка блондинистая. Как в неё влезло-то… Ну и уделалась, конечно.
— Алкоголичка…? — задумался мой напарник.
— Эти кадры её чем-то угощали очень уж забористым, вот и привыкла. Ничего, скоро тут будет её ментор…
— Отпустите нас! — ожили эльфийские головы, начав слегка вращаться в волшебной грязи.
— Пощадите!!
— Мы ничего вам плохого не сделали!!!
— Мы больше не будем!
— Да поздно уже метаться, расслабьтесь, — посоветовал им зоркий я, — Вон ладья плывет. Сейчас всё кончится…
