Так, размышляя о собственном великодушии под лозунгом «Супу эльфийкам!», я и вернулся в аристократический шатер с двумя тридцатилитровыми бочонками откровенного самогона. Тут уже, как оказалось, на Ходриха Бруствуда вовсю обратили нетрезвое внимание присутствующие, начав с ним вовсю и жарко знакомиться. Всё-таки фигурой бывший королевский казначей был немалой, так что шум поднялся. Умеренный, так как детишки-то давно здесь и представились, а кто бы им иначе дал так домагиваться до окружающих? Ну или окружающим до них?
Последнее было явственнее видно, потому что парень, которого затирали дочки барона, уже смылся, а вот красный и слегка опухший Альфонсо… ой, Астольфо, уже даже и не пытался вырваться из крепких ручек рыжей девицы. Женоподобный какой-то паренек, посетовал я про себя, заставляя бочонки лететь на свободный стол.
Тут меня, конечно, заметили. И ахнули. Ну… обратили массовое внимание.
— Здравствуйте! — я, взмахом руки заставив бочонки гулко шлепнуться на древесину, изящно поклонился присутствующим, — Джо Тервинтер, маг и волшебник! Весьма польщен вашему вниманию!
— «Здъявствуйте! Я маг и волшебник!», — кое-как вставший на задние лапы кот выполнил нечто очень отдаленно напоминающее поклон, а затем, повалившись на бок, принялся кашлять, выражая тем самым своё отношение к произошедшему. Ну, то есть, ржал бессовестно.
— Сам дурак, — с достоинством ответил я, сидя с кружкой кофе в любимом кресле, — Мы теперь, как минимум, отобьем затраты на наши кустарные аппараты. И это только начало…
— Угу. Мочало! — хрюкнул кот, — В жизни не забуду, как тебе там в панамку напихали! Все!
Здесь оставалось лишь уныло вздохнуть. Увы, но это чистейшая правда — простые человеки знают волшебников как унылых типов, сидящих по башням. Что у таких есть? Прорва времени, недостаток денег, начальные навыки алхимии со Школы. То есть что? Подавляющее число башенных волшебников — самогонщики и алкаши. И тут я такой красивый, с разбега врываюсь на тусовку баронов… с чем? С двумя бочонками самогона.
Ну да, ну да, выжрали все. Но в процессе выжирания и знакомства с новым бароном Бруствудом, бедного Джо просили быстро не спиваться, крестьян не спаивать (тут я помянул старого барона Бруствуда, стаканом. Наравне со всеми), гоблинов тоже не спаивать (особенно беременную!), Бистраму вообще не наливать, а если покушусь на эту миленькую эльфийку (затащенную в шатер и вообще не понимающую, что она тут делает), то грозились вообще убить!
В общем, моя репутация, не успев построиться, рухнула на целой половине графства. Сомнительный плюс, конечно, но, под конец застолья, поглядев, как быстро и хищнически работают хваткие дочери Ходриха, пусть и не красивые, но умом определенно пошедшие в папаню, я даже немного порадовался произведенному эффекту — обе девушки поставили на мне крест в любых планах и игнорировали полностью. Мне, правда, показалось очень странным, что если бывший казначей до сих пор демонстрировал некоторые симптомы шока от своего падения, то его молодые отпрыски, долженствующие вообще пребывать уничтоженными, вполне бодро ведут новую жизнь. Как так-то?
Очень подозрительно.
— А тебе не плевать? — поинтересовался Шайн, переворачиваясь на брюхо, — Не наше дело. Лучше дай мне микстурки какой-нибудь для Наталис. Она, кажись, вчера обожралась совсем. Вдруг страдает лежит?
Объевшаяся на крестьянской ярмарке эльфийка. Кому расскажи — не поверят. Но да, мне её даже в хату заносить пришлось. Кастрюли у вечноживущей перворожденной точно не было.
— Ничего я тебе не дам, — задумчиво решил я, раскрыв шкафчик с разными целебными настоями, — Тут есть рвотное и слабительное, а с какого конца её бы не пронесло, она снова во всем обвинит меня. Сама оправится.
— Жадина.
— И только попробуй утащить, споить ей, а потом сказать, что это я передавал. Прокляну.
— Гад… — скуксился кот, вынашивавший, похоже, именно такую гадость.
Наложить запирающие заклинания на аптечку мне не дали гнусные завывания из-за частокола, на которые пришлось немедленно откликнуться — голос сэра Бистрама вещал о серьезных вещах. Он принес мне приглашение срочно явиться в баронский замок, куда с неофициальным визитом прибыл один весьма высокопоставленный гость. Сам его светлость Азекс Караминский, сюзерен Побережья Ленивых Баронов.
