– Что я… хочу быть твоей женой. Все-таки хочу. После всего что случилось, – лились из нее слова. – Если, конечно, ты меня примешь. Несмотря на мои дрянные выходки. Которых наверняка будет еще больше. Но пожалуйста, пожалуйста, не обращай на них внимания. Прошу тебя, Тедди. Скажи, что согласен.
– Джо? Это какая-то игра? – Он совсем побледнел и ухватился за ограждение. – Ты не можешь говорить всерьез.
Она сделала к нему один нерешительный шаг.
– Могу. Серьезнее некуда. Хэрриет сильно сглупила, отпустив тебя, но я не упущу. Не во второй раз.
– Давай повторим, чтобы не было недоразумений. – Его глаза сверкнули. – Ты действительно хочешь стать моей женой? Ты и вправду выйдешь за меня?
– Да, – она приблизилась еще на шаг. – Я действительно хочу.
Теперь они стояли лицом к лицу.
– Джо, – прошептал он, наклоняясь ближе. – Повтори еще раз. Нет, лучше поклянись. На Библии. Поклянись этим садом, своей семьей, всем Орчард-хаусом. Поклянись Пиквикским клубом, чердаками, чернильницами, спаленными утюгом платьями и…
– Маринованными лаймами? – подсказала Джо, гладя его по щеке.
– …и прудами, – хрипло добавил он, беря девушку за руку.
– Мой дорогой Тедди. – Она притянула его к себе за жилет. – Разве ты не знаешь? Мы поклялись в этом в тот самый день, когда встретились.
Их лбы соприкоснулись.
– И в каждый последующий.
Джо закрыла глаза.
– Каждую секунду, каждый день.
Затем Лори, склонившись к губам, поцеловал Джо, и она ответила на поцелуй: его мягкие губы прижимались к ее, в тот время как его руки обхватили девушку за талию, прижимая к себе все ближе и ближе.
Этого стоило подождать.
– Любовь, – провозгласил мистер Брук, с радостью и гордостью глядя на новоиспеченную
Джо стояла в дверях вместе с Лори. У нее перехватило дух от этой свадебной сцены.
Мистер Брук и Мег.
Как замечательно они смотрятся вместе! И какая счастливая семья их окружает! Каким великолепным оказалось завершение сюжета в истории ее сестры, несмотря на все разговоры о капусте и прочих овощах.
Они отыскали свой путь, от слухов и домыслов, порожденных фантазией Джо, к чему-то более важному. Более человеческому и истинному.
Сидящая рядом с Мег мама Абба посмотрела на Джо и с удивлением перевела взгляд с дочери на Лори.
Джо почувствовала, как краснеет, и когда мама слегка мотнула головой в сторону лестницы, девушка кивнула в ответ и прошептала Лори на ухо:
– Мне кажется, мама все знает.
– Откуда? Этого не может быть, – так же шепотом ответил он.
– Ты же знаешь маму, Лори. Ей хватило одного взгляда на нас с другого конца комнаты.
– Это верно. Но остальные? Думаешь, они удивятся?
– Не больше, чем я, – отозвалась Джо.
– Не больше, чем мы, – согласился он, а затем крепко сжал руку Джо, прежде чем она направилась к лестнице, чтобы поговорить с мамой.
Джо застала маму на коленях перед кедровым сундуком возле небольшой тахты. Сундук был открыт, и от одного только зрелища у Джо заколотилось сердце. Поэтому что это был не просто сундук, а что-то вроде хранилища.
Для куколок Бет с фарфоровыми лицами. Для маленьких сестер Марч.
Для самого детства.
Мама достала самую потрепанную из кукол Бет – ее любимую, – но увидев выражение лица Джо, испугалась сама.
– Ты приняла его предложение, я угадала? – спросила она, не дав Джо времени опуститься на чисто выскобленный пол.
– Я не
Матушка выронила куклу и стиснула дочери руку.
– Ах, Джо.
– Скажи мне, что я правильно поступаю.
– Не мне судить, Джо. Как и не тебе решать, подходит ли Мег мистер Брук. Как ты его называла, кабачком?
– Капустой, – пристыженно пробормотала Джо.
– Ты должна быть смелой. Самой прокладывать жизненный путь. Делать собственный выбор. Как ты всегда и поступала.
–
Она обхватила руками колени, уставившись на стену возле кровати, стену, на которой Эми в детстве угольком рисовала сестер, пока те спали. Рисунки остались на ней до сих пор – вот они, четыре смазанные мордашки.
– Все в порядке, Джо. Я знала, что так случится. Знала дольше, чем любая из вас. Просто… где-то в глубине души мне хочется немного поплакать. Всего на секундочку. Я потеряла Бет. Чуть было не потеряла Эми. Сегодня теряю Мег. А теперь и тебя.
– Неправда: ты нас не потеряла и никогда не потеряешь. – Джо по-прежнему изучала стену, с которой на нее смотрели четыре сестры. Только сейчас она заметила, что рисунок Эми изменился.
