Но она не должна терять над собой контроль. Уже во второй раз она избегает когтей шантажиста. Если бы только красивые мужчины не действовали на нее как спиртное на алкоголика. Это — болезнь, с ней надо бороться, решила она, прекрасно понимая, что уже не раз давала себе подобное обещание.
Хельга считала, что Джексон, убедившись в невозможности получения денег, отзовет своих шпиков. Однако рисковать все же не имеет смысла. Нужно поскорее вернуться в Швейцарию. Там больше возможностей для секса и никакого риска.
Без четверти шесть пришел Винборн.
— Ситуация несколько осложнилась, — начал он, устроившись в кресле. — Разрешите спросить, имеются у вас полномочия распоряжаться банковским счетом вашего мужа?
Хельга отрицательно покачала головой.
— И у меня их нет, и у мистера Лемана тоже. Это неожиданное обстоятельство блокирует личный счет мистера Рольфа. Предстоят значительные расходы. Как у вас со средствами?
— У меня есть личный счет, но он почти исчерпан. Я имею доступ к швейцарскому счету. Дивиденды поступают непрерывно. Я могу перевести деньги из Швейцарии на любой счет.
Винборн поднял брови:
— При существующих правилах, миссис Рольф, это было бы, позвольте заметить, весьма неблагоразумно.
Хельга не подумала об этом и была раздосадована своей несообразительностью.
— Да, это было бы глупостью с моей стороны. — Она поспешила воспользоваться представившейся возможностью. — Я могу поехать в Лозанну и получить там транзитные чеки.
Он кивнул:
— Это самое разумное. Здесь позаботятся о мистере Рольфе. — Он внимательно посмотрел на нее. — И о вас, конечно, тоже.
— Я предпочитаю иметь собственные деньги, — ответила Хельга. — Когда Герман будет дома и вне опасности, я слетаю туда и обратно.
Поправляя на мизинце массивный золотой перстень-печатку, Винборн произнес:
— Доктор Леви настроен более или менее оптимистично. Но ближайшие дни будут еще тревожными. Вы не знаете, как связаться с его дочерью Шейлой?
Хельга, удивленная таким вопросом, подняла на него глаза:
— Не имею ни малейшего представления. Я с ней даже не знакома. А вы?
— О да! Замечательная девушка… я бы даже сказал, необыкновенная.
— Неужели? Чем именно? — В Хельге вдруг пробудилось любопытство, вызванное тем, что та унаследует миллион долларов.
Винборн продолжал крутить свой перстень.
— Она была первой ученицей в Оксфорде по истории. Я слышал также, что она была самой молодой выпускницей за все время его существования. Позднее она блестяще защитила диссертацию и получила ученую степень по экономике. Мы оба, ваш муж и я, прочили ей большое будущее, а в «Электронной компании Рольфа» ее ожидал ответственный пост. — Он пожал плечами с видом покорности судьбе. — К сожалению, она связалась с этим нелепым антивоенным движением… Это — болезнь сегодняшней молодежи. Отец всегда щедро снабжал ее деньгами, и она использовала их для поддержки разных политических групп, пока ее и еще нескольких человек не арестовали за контрабанду оружия. Понадобилось много денег на адвокатов, чтобы избавить ее от тюрьмы. В результате она поссорилась с отцом. Он предупредил ее: если она не согласится с его планами на будущее, он лишит ее средств к существованию. Такой диктат по отношению к ней оказался неудачным, она ушла из дома. Ушла, и до сих пор я ничего о ней не знаю.
— Молодчина! — искренне воскликнула Хельга.
— Да… у нее сильный характер. В отца. Мне пришло в голову, что после несчастья с отцом Шейла, возможно, захочет его повидать, а он ее. Она любила его и, надеюсь, любит и сейчас. Поэтому я и спрашиваю вас: знаете ли вы, где она?
— Нет, не знаю, но известие о его болезни должно дойти до нее, об этом пишут газеты всего мира.
— Хорошо. Что же, остается только ждать. — Помолчав, он продолжал: — Вероятно, вы могли бы помочь разгадать одну маленькую загадку. Медсестра Терли говорит, что ваш муж пытается ей что-то сообщить.
Хельга застыла:
— В самом деле?
— У медсестры большой опыт общения с пациентами, пострадавшими от инсульта. Она привыкла к их нечленораздельной речи. Ей кажется, что ваш муж постоянно повторяет странную фразу: «вынут весло, тащит», — и показывает на дверь спальни. Мне эти слова ничего не говорят. А вам?
Хельга сразу почувствовала облегчение.
— «Вынут весло, тащит». — Она напряженно сдвинула брови. — Как ни странно, нет. Нет, я не вижу никакого смысла в этих словах.
— Ну, может быть, медсестре Терли и удастся с этим разобраться. — Винборн посмотрел на часы: — Я должен идти, миссис Рольф.
Он задержался еще на несколько минут, заверяя ее, что компания в надежных руках и ей стоит только позвонить, когда понадобится помощь, а доктор Леви обещал поддерживать с ними связь. Все это он говорил холодным и вежливым тоном, стоя над ней, и глаза его хищно блестели.
Когда он ушел, появился Хинкль с шейкером и бокалом на подносе.
— Надеюсь, купание было приятным, мадам, — произнес он, наливая мартини в бокал.
— Да, спасибо, Хинкль. — Хельга взяла бокал. — Мистер Винборн ушел.
Хинкль на мгновение едва заметно нахмурился:
— Я видел, мадам.
