Майрон Болитар — спортивный агент и частный детектив — подозревается в преступлении!Он — последний, кто видел живой Эйми, восемнадцатилетнюю дочь своих друзей. Она бесследно исчезла после того, как он подвез ее вечером до дома подруги…Мать Эйми не верит, что Майрон способен причинить девушке вред — и просит выяснить, что произошло.Болитар начинает расследование и вскоре узнает: как минимум трое знакомых Эйми были очень заинтересованы в том, чтобы она исчезла.Но кто из них виновен?
Сообщения о пропавшей девушке, которые все чаще появлялись в телевизионных новостях, неизменно начинались со школьной фотографии самой обычной с виду старшеклассницы с длинными прямыми волосами и застенчивой улыбкой. Затем на экране возникали встревоженные родители на лужайке перед домом в окружении множества микрофонов: мать молчала, едва сдерживая слезы, а у говорившего отца дрожала нижняя губа. И вот эта девушка, которая пропала, только что прошла мимо Эдны Скайлар.
Эдна замерла на месте.
Ее муж Стэнли сделал еще пару шагов, прежде чем сообразил, что жена отстала. Он обернулся:
— Эдна?
Они стояли на углу Тридцать первой улицы и Восьмой авеню Нью-Йорка. В это субботнее утро машин было мало, зато пешеходов много. Девушка направлялась в сторону центра.
Стэнли обреченно вздохнул:
— Что на сей раз?
— Тсс!
Ей надо было подумать. Фотография старшеклассницы… Эдна закрыла глаза, пытаясь восстановить в памяти, как та на ней выглядела. Чтобы сравнить и сопоставить.
На фотографии у пропавшей девушки были длинные волосы серовато-мышиного цвета. У женщины, которая только что прошла мимо Эдны, — именно женщины, а не девушки, потому что она выглядела старше: может, из-за того, что сама фотография была старой, — волосы каштановые, стриженые и волнистые. На фотографии девушка без очков, а женщина носила очки в модной прямоугольной темной оправе. Ее одежда и макияж были более «взрослыми», если можно так выразиться.
Эдна изучала лица людей не просто в порядке увлечения. В свои шестьдесят три года она была одной из немногих специалистов, занимавшихся генетикой. Лица составляли ее жизнь, и часть мозга никогда не переставала трудиться даже за пределами рабочего кабинета. Она ничего не могла с этим поделать: доктор Эдна Скайлар изучала лица. Родственники и друзья уже давно не обращали внимания на этот испытующий взгляд, но посторонние люди и новые знакомые чувствовали себя под ним явно неуютно.
Именно таким изучением и занималась Эдна сейчас, направившись за девушкой, и, как обычно, не замечала ничего вокруг, полностью погрузившись в наблюдение за лицами прохожих. Она оценивала характеристики щек, нижнечелюстную глубину, расстояние между глазами и высоту ушей, очертание скул, глазные впадины. Именно поэтому, несмотря на новую прическу и цвет волос, несмотря на модную оправу и взрослый макияж, Эдна узнала пропавшую девушку.
— Она шла с мужчиной.
— Что?
Эдна даже не заметила, что высказала свою мысль вслух.
— Девушка.
Стэнли нахмурился:
— О чем ты говоришь, Эдна?
Фотография. До боли знакомая и обычная школьная фотография, которую видишь сотни раз. Стоит бросить взгляд на снимок класса, сделанный в конце учебного года, как тут же накатывается волна воспоминаний. Можно одновременно наблюдать и прошлое, и будущее, чувствовать радость молодости и боль взросления. Знать о возможностях и испытывать ностальгию, видеть, как стремительно проносятся годы: сначала, возможно, колледж, потом брак, дети и все остальное.
Но когда эту же фотографию показывают в новостях по телевизору, сердце охватывает ужас. Ты смотришь на лицо, робкую улыбку, распущенные волосы и покатые плечи, и мысли устремляются в такие темные глубины, в которые им лучше никогда не заглядывать.
Сколько же времени Кэти — а именно так звали девушку — отсутствовала?
Эдна попыталась припомнить. Наверное, месяц. Может, полтора. Об этом сообщали в местных новостях, да и то не слишком долго. Многие считали, что она просто сбежала из дому. За несколько дней до исчезновения Кэти Рочестер исполнилось восемнадцать лет, что делало ее совершеннолетней и автоматически переводило поиски из категории первоочередных и интенсивных в рутинные и формальные. Дома у нее, судя по всему, было не очень ладно, причем из-за жесткости отца, хотя у того и дрожали от переживаний губы.
А может, Эдна ошибалась и это была совсем другая девушка.
Существовал только один способ выяснить это наверняка.
— Не отставай! — велела она мужу.
— Что? Куда мы идем?
Отвечать времени не было. Девушка ушла уже довольно далеко. У Стэнли не будет выбора, и он послушается. Акушер-гинеколог Стэнли Рикенбек ее второй муж. Первый муж Эдны был настоящим ураганом: крупное телосложение, слишком красивая внешность и излишняя пылкость. Но при всем при том — абсолютно никчемный человек. Наверное, в этом не было справедливости, но что поделать? Мысль жениться на враче — а произошло это сорок лет назад — привлекала мужа номер один своего рода неординарностью, но в действительности все оказалось не так, как он рассчитывал. Он полагал, что Эдна перерастет фазу врачевания, когда у них появятся дети. Но случилось как раз наоборот, и это не прошло незамеченным для детей: Эдна предпочитала врачевание материнству.
Она устремилась вперед. На тротуаре было очень много прохожих, и она перешла на мостовую и ускорила шаг, стараясь держаться поближе к обочине. Стэнли пытался не отставать.
— Эдна?
— Не отставай!
Он поравнялся с ней.
— Куда мы бежим?
Эдна постаралась отыскать голову с каштановыми волосами.
