Джон Фицджеральд Кеннеди является одним из самых ярких символов XX века. Самый молодой из когда-либо избранных президентов страны, первый президент-католик, невероятно харизматичный, казалось, что Кеннеди олицетворял собой начало новой эпохи в истории США и, хотя он успел совсем немного, та эпоха, о которой мечтал он и его сторонники, наступила вскоре после его смерти. Можно смело сказать, что многие демократические преобразования, в корне изменившие Америку в 60-е и 70-е годы прошлого столетия, пропитаны тем духом, который удалось создать в стране Джону Фицджеральду Кеннеди, и были бы скорей невозможны, не стань он президентом.
John F. Kennedy: The American Presidents Series: The 35th President, 1961-1963
by Alan Brinkley
Из серии «Американские президенты»
Перевод: Наталия Дорошенко
В политическом устройстве Америки президент играет главную роль. Может показаться, что такой порядок вещей идет вразрез с намерениями творцов конституции США. Не желая повторять негативный опыт Британской монархии, они выдвинули принцип разделения властей, чтобы, как заметил позже судья Верховного суда США Луис Дембиц Брэндейс, «предотвратить злоупотребление властью». Соответственно, государственное управление было разделено между тремя ветвями власти — исполнительной, законодательной и судебной, которые должны были иметь равные права и действовать согласованно.
Но системе, основанной на разделении власти на три ветви, изначально присущи тяготение к косности и к возникновению тупиковых ситуаций. Для того чтобы система функционировала нормально, необходимо, чтобы одна из ветвей брала на себя инициативу. А на это — в силу своей структуры — способна только исполнительная власть. По-видимому, отцы-основатели США понимали это, когда согласились с утверждением Александра Гамильтона, высказанным в семидесятой статье сборника «Записки федералиста», что «дееспособность президента — главная черта, которая характеризует хорошее правительство». Таким образом, они предусмотрели существование сильного президента — но исключительно при столь же сильной и действенной системе ответственности перед народом в рамках конституции. (Появившийся в 1970-х годах термин «имперское президентство» описывает ситуацию, в которой баланс между президентской властью и представительными органами, предусмотренный Конституцией, нарушается в пользу власти исполнительной.) Итак, американская система самоуправления прежде всего находит свое воплощение в институте президентства, который, по словам Вудро Вильсона, и есть «движущей силой системы». Выдающийся американский историк Генри Адамс, сам правнук и внук президентов, сказал, что американский президент «напоминает капитана корабля на море. Он должен крепко держать штурвал, вести судно по курсу и иметь четкую цель — свой порт назначения». Все мужчины, побывавшие в Белом доме (до сих пор, увы, только мужчины), выбирая свой курс, определяли историческую судьбу американского народа.
Биографии президентов непринужденным способом знакомят нас с историей Америки, представляя прошлое человечнее, ярче, доступнее, делая его более близким нам, сегодняшним. Эти биографии напоминают нам, что президенты отнюдь не супермены. Они такие же люди, как и все остальные. Как все, они, принимая решения, сомневаются, как все — заботятся о своих женах и детях, стараются повсюду поспеть, разрываясь между работой и семьей. Прав был Ральф Уолдо Эмерсон: «Никакой истории, по сути, нет — есть только биография».
Биографии президентов могут нас вдохновлять, а могут служить и предостережением. Не все их поступки служат примером для подражания. Народ, как утверждает Верховный суд США, «не может рассчитывать на то, что у власти всегда будут мудрые и гуманные правители, искренне преданные принципам Конституции. Место, которое когда-то занимали Вашингтон и Линкольн, может занять человек безнравственный и властолюбивый, ненавидящий свободу и не уважающий закон».
Люди, которые попали в Белый дом, выражают идеалы и ценности, слабости и недостатки своих избирателей. И вполне понятно, что мы хотим знать больше о добродетелях и пороках тех, кому доверили управлять нами. Чем больше мы будем знать о них, тем лучше познаем себя. Ибо, как говорил французский философ и политик Жозеф де Местр: «Каждый народ имеет такое правительство, какого заслуживает».
К началу двадцать первого века хозяевами Овального кабинета побывали сорок два человека. (Джордж Буш-младший считается сорок третьим президентом, потому что Гровера Кливленда, занимавшего пост президента два срока, но с перерывом, учитывают дважды). Во всех опросах общественного мнения, периодически проводящихся историками и политологами, список президентов неизменно возглавляют одни и те же люди — десяток-полтора имен. Что же делает президента великим?
Выдающиеся американские президенты наделены — или одержимы — видением идеальной Америки. Когда они становятся у штурвала, их главное стремление — держать правильный курс к порту назначения, к намеченной ими цели. Великие президенты всегда ощущают глубокую внутреннюю связь с гражданами своей страны, они понимают нужды, тревоги и чаяния своего народа. «Я не верю, — говорил Вудро Вильсон, — что человек способен управлять страной, не испытывая глубокой симпатии к тем, кем он управляет, а значит, сопереживая им — сердцем, а не рассудком».
