Джон Леннон полностью

Теперь, когда губительное присутствие Йоко в студии на Эбби–роуд развеяло все иллюзии мужского братства четверки Beatles, Пол Маккартни всюду появлялся с Линдой Истмен, которая вскоре станет Линдой Маккартни. Она училась в школе в том же состоятельном пригороде Нью–Йорка, что и Йоко, которая была старше ее, но в остальном у них не было ничего общего — разве что они обе вышли замуж за своих английских возлюбленных в одном месяце. В их отношениях случались моменты взаимопонимания, но в целом прохладные отношения двух главных женщин Beatles стали причиной «мелочных претензий» Ринго во время работы над альбомом «The Beatles», а затем и «Let It Be». По выражению Джона, это были «самые ужасные сессии на свете».

Как бы то ни было, Йоко и Линда были единственными гостями, присутствовавшими при метаниях группы между красочной палитрой «Sgt. Pepper» и попытками вернуться к своим мерсисайдским истокам. Они старались не оттолкнуть тех, для кого поп–музыка почти ничего не значила, пока сам слушатель не испытал запоздалого восхищения перед распадающимися Beatles и их «веселым музицированием, которое не слышал только невежда». Именно так писал критик в «The Observer» об альбоме «White Album».

«Let It Be» включал в себя, вероятно, наименее «веселую» музыку, которую Beatles когда–либо сочиняли, и представлял собой сознательный отказ от всего, что было связано с акустическими экспериментами — со струнными квартетами, прокрученной в обратном порядке пленкой, духовыми инструментами, индийским ситаром и «Mike Sammes Singers». Все это осталось в прошлом. Идея заключалась в том, чтобы сделать запись, которую можно было бы воспроизвести на сцене. «Это будет честно, — с пониманием отнесся к такой идее Джордж Мартин. — Никакого наложения, никакого редактирования — только живой звук, почти непрофессиональный».

Таким образом, Beatles должны были ограничиться вокалом, гитарами, басом и ударными инструментами — плюс клавишные, где это было необходимо. На них играл Пол, а также Билли Престон, чья общительность, энергичная манера игры и виртуозное владение инструментом произвели впечатление на Beatles еще в 1961 году, когда он аккомпанировал на электрооргане Литтл Ричарду в «Star Club».

Независимо от отношения к Билли, во время записи «Let It Be» Джордж Мартин — уже не та величественная фигура, каким он был в 1962 году, — стал объектом таких же мелочных нападок, какими музыканты изводили друг друга. Это было одной из причин, почему его раздражал проект не меньше, чем их самих.

Поэтому вместо умывшего руки Мартина был приглашен Фил Спектор, чтобы отредактировать, смикшировать и привести в порядок альбом, который назовут «новым этапом» в музыке Beatles.

Из всех музыкантов группы Джон Леннон и Джордж Харрисон были лучше всего знакомы с работами этого недооцененного уроженца Нью–Йорка. Он был необычайно популярен в начале 60–х годов благодаря объемной технике «стены звука», в которую он включал апокалиптическую смесь, вобравшую в себя абсолютно все, вплоть до звука воды в обычной кухонной раковине, вместе с богатым вокалом таких групп, как The Crystals и The Ronettes, а также других музыкантов, готовых подчиниться его замыслу.

После «британского вторжения» он высказывал желание поработать с Beatles, и через несколько лет они позволили ему осуществить свою мечту.

Как явствует из многочисленных подготовительных материалов Фила Спектора, распространяемых из–под полы, «Let It Be» стал результатом нескольких недель свободной импровизации, неспешных воспоминаний и бурных споров, когда Джон, Пол и Джордж обрушивались с критикой на новые сочинения друг друга.

В чудовищной атмосфере эгоизма, разногласий и интриг отвергалось все, что требовало слишком долгих размышлений. Напряженная атмосфера немного смягчилась после появления Престона, который также участвовал в знаменитом необъявленном концерте — последнем для Beatles, — который состоялся днем 30 января 1969 года на плоской крыше дома на Сэвил–роуд, 3.

Впоследствии все участники, чьи музыкальные аппетиты были уничтожены проектом в целом, испытывали искушение выбросить многие мили заигранной магнитофонной пленки сессий «Let It Be», но тонкая работа Фила удовлетворила даже Пола Маккартни, который не относился к преданным поклонникам Спектора. Тем не менее Пол потребовал — правда, безуспешно, — чтобы альбом был лишен того высокопарного звучания инструментов и вокала, которое он считал лишним украшением и которое представляло собой попытку замаскировать неудачные моменты (например, слабая партия бас–гитары Леннона в «The Long And Winding Road»), а также противоречило первоначальному замыслу Джорджа Мартина. Как язвительно выразился инженер студии на Эбби–роуд Глин Джонс, Спектор «наложил на музыку огромное количество дерьма — струнные, хор и прочую дрянь».