– Грустно это слышать, – вздохнул Макс, – но ты знаешь, что я всегда буду рядом. Надеюсь, ты не обидишься – я уже опробовал твой подарок, машинку для попкорна. Всего один раз. Это просто фантастика, ты не сможешь от нее оторваться.
– Мрачно.
– О, ну, не будь мрачным, друг. Хочешь, я зайду?
– Болото.
– Точно? Принес бы пива, фильм на DVD.
– Наложить на дерево.
– Ладно, как хочешь. В конце концов, все не так уж плохо, ты мог бы сейчас на работе сидеть. Эд передает привет, кстати. Шучу, он вообще про тебя забыл. Держись. Давай, чувак.
После разговора Джонатану стало немного лучше. Скоро придет Джули. Она устроила дома своеобразный реабилитационный центр для потерявших речь.
– Повторяй за мной: собака.
– Будуар.
– Кошка.
– Взгляд.
– Красный, – помрачнев, продолжала Джули.
Он очень старался, изо всех сил.
– Лупила.
– Ты концентрируешься на задании, Джонатан? Место.
– Утка-утка-утка!
Наморщив брови, зажмурив глаза, он очень старался сложить рот в правильные слова. Даже Джули вынуждена была подтвердить, что он старался изо всех сил. Но ничего не получалось. Слова никак не складывались. Иногда он был абсолютно уверен, что следующее слово получится верно, но выходило совсем не то. Лупила.
– Ублюдок! – сказал он, почти плача от отчаяния.
– О, это фантастика! – радостно обняла его Джули. – Получилось, продолжай! – она взяла из вазы с фруктами яблоко и подняла его вверх.
Джонатан смотрел на него и думал: «Яблоко. Яб-ло-ко».
– А…а…а-луэт.
Джули вздохнула и погладила его по руке.
– Ничего. Ты сказал «ублюдок», и, я думаю, именно это ты и хотел сказать. Сегодня ты хорошо поработал.
Джонатан тренировался и сам, втайне, задумывая в уме слово и затем стараясь прошептать его, но успехов было не больше, чем на уроках с Джули.
«Согласен», – репетировал он тихо свой ответ на свадьбе, снова и снова. Согласен, согласен, согласен. Но вместо этого выходило только «анус».
На следующий день, пока Джули была на работе, без предупреждения в гости пришел Грили. За те несколько минут, прошедших с момента входа Грили в подъезд до его входа в квартиру, Джонатан пулей вылетел из постели, влез в чистую кофту и плеснул себе в лицо холодной водой. Грили премудрый. Грили-дзен. Возможно, Грили поможет ему понять, что с ним не так и как сделать так, чтобы жизнь продолжалась.
Собаки встретили гостя первыми. Грили очень тепло их приветствовал, чесал за ушами и свободно говорил с ними по-собачьи. Так казалось Джонатану. Наобщавшись с Сисси и Данте, Грили встал, поймал взгляд Джонатана и один раз кивнул.
– Ты бледный. Как себя чувствуешь?
Джонатан не хотел ничего говорить, боясь начать игру в разгадывание его словесного салата, которая утомляла и пугала гостей. Поэтому он просто ускользнул в кухню, достал пачку ароматных чайных пакетиков со специями и предложил их Грили.
– Спасибо, – улыбнулся тот.
Джонатан поставил две чашки чая и контейнер с порезанным лимоном на разделочную доску и понес все в гостиную. Так они сидели вдвоем, напротив друг друга, в тишине. Грили оглядел комнату, пытаясь ощутить ее атмосферу.
– Помешан на эволюции, – наконец выдал Джонатан.
– Ничего страшного. Не беспокойся за свою речь. Я просто хотел своими глазами увидеть, что ты жив и здоров.
Джонатан кивнул.
– Мы, на работе, по тебе скучаем.
Джонатан повел бровью. Он с трудом мог себе представить, кто, помимо Макса и Грили, может скучать по нему на работе.
– Все в порядке, и о «Бродвей Депо» никто ничего не говорит. Что ожидаемо. Думаю, качество работы загнало их в угол. Что совсем не плохо. Может, они увидят свет в конце тоннеля. Ведь и более чудесные вещи бывают.
Они сидели и пили чай.
– Доктора, я так понимаю, ничего не могут сказать по поводу того, когда могут разрешиться твои проблемы с речью?
Джонатан был благодарен Грили за то, что тот сказал «когда». Он покачал головой.
– За работу не волнуйся. Три с половиной месяца ты будешь получать шестьдесят процентов зарплаты, а затем рассмотрим этот вопрос, если твой процесс займет больше времени. Все очень ждут тебя в офисе.
Кто все?
– Кроме меня, – отвернулся Грили.
Джонатан похолодел.
– Я надеюсь, что этот процесс послужит… – Грили помедлил, подбирая нужное слово, – катализатором.
Джонатан не мог понять, как человек, так молодо выглядящий, мог мыслить на таком высоком уровне духовного развития.
– Или, может, будильником, – Грили снова смотрел в глаза Джонатану.
«Как я могу думать о будущем, – хотел сказать Джонатан, – если я даже не могу в домофон сказать «поднимайся»?»
Он хотел было что-то сказать, но закрыл рот, так и не начав.
– Я знаю, что это все очень тяжело, – смягчившись, добавил Грили. – Но что будет, когда к тебе вернется голос? Что ты скажешь? Подумай об этом, Джонатан. Это важно.
Сила взгляда Грили поддерживала Джонатана, воодушевляла, заставляла его двигаться вперед. Джонатан подвинулся ближе и взял Грили за руку, и они немного посидели так, в контакте.
– Слова – мечта, – наконец сказал он.
Грили кивнул.
