– Судя по особенностям вашей речи, можно предположить, что соединительная ткань между зонами Брока и Вернике в верхней части височной доли, вот здесь, – и главный невролог больницы указал на зону мозга, которая показалась Джонатану похожей на очертания Мадагаскара, – оказалась каким-то образом травмирована. И это привело к сочетанию двух видов афазий – при восприятии импульса и его проведении. Другими словами, ваши слова не выражают ваших мыслей. Способность строить грамматически правильные предложения у вас достаточно сохранна, но содержание этих предложений случайно. Мы иногда называем это словесным салатом.
Словесный салат. Какое хорошее определение.
Джули подняла руку, как первоклассница.
– У него был инсульт?
Доктор пожал плечами.
– Нервные пучки могут поражаться вследствие инсульта. Иногда мы находим заметные поражения. Но результаты исследования Джонатана не выдают ничего серьезного. Нам остается только ждать. В вашем возрасте это вообще загадка, – добавил доктор, устало взглянув на Джонатана.
– А что будет дальше? – спросила Джули и до побеления костяшек вцепилась в ручку сумки.
– Ему сейчас больше всего нужен отдых. Я дам вам письмо для работодателя, и нужно будет привести Джонатана на осмотр через месяц. Конечно, если у него появятся другие необычные симптомы, сразу же дайте нам знать.
Джули сомневалась, что существуют еще более необычные симптомы, чем уже имеющиеся.
Ни Джонатан, ни Джули не спросили доктора, является ли комбинированная афазия помехой к свадьбе. Джонатан думал, что об этом спросит Джули, а Джули надеялась, что, если не спрашивать, можно не услышать того, чего слышать не хочется. Что бы это ни было. «Никакой свадьбы!», может, даже не так страшно, как «нет повода откладывать».
На выходе из кабинета невролога они столкнулись с доктором Дивай.
– Фрейд, – сказал Джонатан.
– Нормальная речь так и не вернулась? – серьезно спросил врач.
Джули покачала головой.
– Удачи вам, – рассеянно пожелал доктор и поспешил удалиться.
Оказавшись вне стен медицинского заведения, Джонатан задавался вопросами, как он будет зарабатывать на жизнь, разговаривать по телефону. Вдруг он никогда не выйдет из этого состояния? Кто согласится заниматься сексом с человеком, который даже слово «секс» не может произнести.
Когда они с Джули вошли в квартиру, радости собак не было предела. У Джонатана слезы навернулись на глаза, и он подумал: «Мы банда».
Следующие несколько дней Джули ухаживала и за ним, и за собаками. Она перевезла в квартиру еще несколько чемоданов своих вещей и с удовольствием обходилась минимумом общения, ожидая, когда его речь вернется к норме. Сейчас, когда разговаривать он не мог, они ладили друг с другом лучше. И когда они вместе лежали в постели, он чувствовал, что ближе, чем сейчас, они не были никогда.
Джули была уверена, что все пройдет. Пока он страдал от этого странного синдрома, она гораздо меньше его критиковала. И через несколько дней образ Кошки Феликс в голове Джонатана побледнел и уступил место чему-то больше похожему на Джули. Но она по-прежнему выглядела странно, как будто какой-то другой женщине сделали множество пластических операций, чтобы она стала похожей на Джули.
В целом, несмотря на гипотезу невролога, что у него нарушены пучки нервов, что-то неуловимое подсказывало Джонатану, что это что-то вроде психического срыва, внезапная и чрезвычайно эмоциональная реакция на события в определенных сферах жизни, и Джули вполне может оказаться одной из этих сфер. Он закрыл глаза и задумался о докторе Клэр, что было немного удивительно, но очень приятно.
Закончив акробатическое выступление, посвященное возвращению Джонатана, Сисси и Данте ходили по квартире тише воды ниже травы и по очереди его охраняли.
Нормальная речь так и не возвращалась к нему, но Джули постепенно училась интерпретировать произносимые им слова.
– Тост или яйца?
– Трактор.
– Хорошо.
И она приносила ему тост, который он и заказывал.
– Боты?
– Работа нормально. Все желают тебе здоровья и надеются, что ты поправишься к свадьбе, – Джули взяла его за руку. – Я не имею в виду, что ты должен выползать из кровати только для того, чтобы мой журнал смог уладить проблемы, но нам нужно решить, сможешь ты присутствовать или нет. Инджи и Хелен готовы нас заменить. Конечно, не факт, что они идеальная пара для этого выпуска, но они довольно фотогеничны, плюс журнал получит возможность продемонстрировать открытость однополым бракам, и одежда им подходит по размеру.
Джонатан закрыл глаза. «Труба с перцем». Брат приезжает в четверг, родители – в пятницу, они уже забронировали отель. Все, кого он пригласил, согласились присутствовать. Никто не отказался. Ему придется сделать это.
Он набрал Макса.
– Алло.
– Безделушка.
– Это ты, Джей?
– Обязательный антифриз.
– Как чувствуешь себя?
– Блого.
– Держись, друг. Может, я чем могу помочь?
– Любимая игрушка на свободе.
– Свадьбы не будет?
– Опаловая статуэтка.
