«Данные предварительного обследования будут готовы через две минуты», — вместо Ярославны ответила Эмилия.
— Хорошо. Две минутки подождать можно.
«Станислав Иваныч, разрешите вопрос?»
— Спрашивай, Белояр.
«Вчера, в беседе с Лесиниэлем, вы обмолвились, что являетесь военным в отставке. Это так?»
— Ты нас подслушивал?
«Нет. В этот момент времени я выполнял ваше задание. Мне об этом доложил навигационный искин ЭНИ-4. Он был доволен тем, что в нашей команде военный, пусть даже и в отставке. Поэтому я и хотел уточнить ваше воинское звание.»
— Полковник, ещё вопросы будут?
«Нет, Станислав Иваныч, вопросов больше нет.»
— Эмилия, ты можешь нам сказать, что с Лесиниэлем?
«Докладываю. С Лесиниэлем теперь всё в порядке. Яд нейтрализован, последствия от отравления убраны. В настоящий момент он проходит восстановительные процедуры, так как его организм сильно ослаблен длительным отравлением. Ваша доза крепкого алкоголя и неизвестная кислота природного происхождения, частично замедлили действие яда.»
— Подожди, Эмилия, ты сказала, что у него организм сильно ослаблен длительным отравлением. Сколько по времени длилось отравление?
«Примерно четыре месяца, точнее сказать не могу, так как употребление отравляющих веществ шло совместно с обезболивающими препаратами.»
— С таким препаратом, как митар?
«Да, откуда вы об этом знаете?»
— Погоди минутку, Эмилия. Ярочка, помоги мне осмотреть одежду нашего больного.
Мы вдвоём быстренько проверили всю одежду и в одном из внутренних кармашков мундира обнаружили небольшую прозрачную пробирку с гранулами зеленоватого цвета.
— Эмилия, эти гранулы похожи на митар?
«Да. По виду это митар.»
— Ты можешь сделать экспресс-анализ этих гранул?
«Да. Положите гранулы в заборник экспресс-лаборатории.»
Из стены выдвинулась ячейка с углублением, куда я высыпал несколько гранул препарата из пробирки. Ячейка задвинулась назад в стену. Через три минуты мы услышали результат.
«Гранулы действительно состояли из митара, вот только внутри них находились микрогранулы с ядом гайдори. Одна микрогранула яда, не может вызвать смерть, но при длительном накоплении яда гайдори в организме, начинаются головные боли, сухость во рту и резкий упадок сил, что в последствии приводит к поражению нервной системы и остановке сердца. Вы случайно не знаете откуда у него эти гранулы?»
— Случайно знаю. Лесиниэль мне сам сказал, что этот гранулированный препарат, специально для него, разработан медицинским искином БМИ-14 на крейсере.
«Это совершенно невозможно. Медицинским искинам любого класса, категорически запрещена любая разработка, препаратов несущих какой-либо вред разумным. Это в нас прошито на аппаратно-программном уровне.»
— Успокойся, Эмилия, это было прошито у тебя, четырнадцать тысяч лет назад. Откуда ты можешь знать, что прописали создатели в медицинский био-искин четырнадцатого поколения? Может кто-то специально загрузил в него хитрую подпрограмму, чтобы отравить главу клана.
«Я об этом даже не подумала. Вы еще хотите что-то узнать?»
— Именно так. Лесиниэль мне обмолвился, сказав, что в прошлом попал под удар излучателя спармса. Ты можешь ему помочь, убрав последствия этого излучения? У нас же вроде остались дозы препарата Ярославны.
