- Вот поэтому, - сестрица потянулась за своей сумкой, - я его и прихватила. Па-пам! - Она положила блокнот передо мной. - Еще вопросы?
Я расхохоталась.
- Слушай, по-моему, я тебя люблю.
Дженис изо всех сил сдерживала улыбку.
- Смотри, не форсируй отношения. Любимых полагается лелеять!
Положив рядом раскрытые блокнот и книгу, мы совсем скоро расшифровали код, который оказался и не кодом вовсе, а замысловато составленным списком номеров страниц, строк и слов. Дженис читала цифры на полях блокнота, а я листала «Ромео и Джульетту» и читала вслух отрывки и фрагменты послания, которое мама захотела оставить нам. В результате вышло вот что:
Добравшись до конца длинного послания, мы одновременно подняли головы и уставились друг на друга. Наш первоначальный энтузиазм несколько поутих.
- О'кей, у меня два вопроса, - сказала Дженис. - Первый: почему, елки зеленые, мы только сейчас этим занялись? И второй: что курила наша мамочка? - Мрачно зыркнув на меня, сестрица взяла свой бокал. - До меня, конечно, доперло, что она спрятала свой тайный код в этой «чудной» книге и составила оригинальную карту сокровищ, которая приведет к могиле Джульетты и «драгоценнейшему камню», но… где копать-то? Причем здесь чума и железный лом?
- У меня такое чувство, - сказала я, листая пьесу назад и вперед, чтобы перечитать отдельные отрывки, - что речь идет о Сиенском соборе. Царица Мария - это наверняка Дева Мария, Царица Небесная. А звезды, озаряющие лик небес, - это же роспись главного купола, голубого с золотыми звездочками. - Я повернулась к Дженис, вдруг разволновавшись: - Догадываешься, где могила? Помнишь, маэстро Липпи сказал, что Салимбени похоронил Ромео и Джульетту в самой священной земле? Где это может быть, как не в соборе?
- По-моему, разумно, - согласилась Дженис. - Но тогда к чему привязать чумной дом и обитель святых монахинь?
- Лестница святой Марии, - пробормотала я, лихорадочно листая книгу. - В доме, заразою чумною пораженном, вход запечатав… Святая госпожа… Гусь… Навещал больных… - Я бросила книгу, закрывшуюся сама собой, и откинулась на спинку стула, вспоминая рассказ Алессандро о команданте Марескотти и Великой чуме. - Знаешь, версия, конечно, сумасшедшая, но… - Я замялась и посмотрела на Дженис. Сестрица сидела с широко распахнутыми глазами, полными веры в мой талант разгадчицы загадок. - Во время эпидемии бубонной чумы, разразившейся всего через несколько лет после гибели Ромео и Джульетты, в городе было столько трупов, что их не успевали хоронить. И тогда в Санта-Мария делла Скала… «Scala» - это же лестница, по-моему? Так вот, в этой огромной больнице, которая стоит напротив собора, святые монахини обихаживали больных во время чумной заразы. Кстати, трупы тогда просто сваливали в полую стену и закладывали кирпичами.
- Фу-у-у!
- Так вот, - продолжала я, - по-моему, надо искать келью с кроватью в этой больнице, Санта-Мария делла Скала…
- На которой спала госпожа святого гуся, - подхватила Дженис. - Кем бы он ни оказался.
- Или, - сказала я, - святая госпожа Сиены, рожденная в контраде Гуся, то есть святая Екатерина.
Дженис присвистнула:
- Продолжай, продолжай!
