- Это самый легкий гроб, который мне доводилось поднимать, - сказал один из спутников Ромео. - Ваш звонарь, должно быть, ничего не весил. В следующий раз выбирайте монаха потолще, чтобы не сдуло с колокольни.
- Обязательно! - клятвенно заверил брат Лоренцо, едва сдерживая нетерпение. - Позвольте же поблагодарить вас за доброе дело, благородные господа. Спасибо вам, мессир Ромео, за спасение наших жизней… Моей, моей жизни! Вот, прошу принять… - Откуда-то из-под рясы он извлек маленькую погнутую монетку - чентезимо [23] за беспокойство.
Его рука с монетой повисла в воздухе. Никто чентезимо не взял. Помедлив, брат Лоренцо затолкал ее обратно под рясу. Уши его горели, как угли при внезапном порыве ветра.
- Все, чего я прошу, - повторил Ромео, больше для потехи, - это показать нам содержимое гроба, потому что, клянусь жизнью, там не монах, ни толстый, ни тощий.
- Нет! - Тревога брата Лоренцо сменилась настоящей паникой. - Я не могу этого допустить! Свидетельница мне Пресвятая Дева, я клянусь вам, каждому из вас, что гроб должен оставаться закрытым, или огромное несчастье постигнет нас всех!
Маэстро Амброджио пришло в голову, что он незаслуженно обходил вниманием своеобразие птиц. Маленький воробушек, выпавший из гнезда, со встопорщенными перьями и испуганными глазками-бусинками - именно так выглядел молодой монах, окруженный известными сиенскими буянами.
- Брось, монах, - увещевал Ромео. - Я же спас тебе жизнь. Разве я не заслужил толику твоего доверия?
- Боюсь, - сочувственно сказал маэстро Амброджио брату Лоренцо, - вам придется исполнить угрозу и навлечь на нас всех несчастье. Это уже дело чести.
Брат Лоренцо безнадежно покачал головой.
- Ну что ж, будь по-вашему. Я открою гроб. Но позвольте мне сперва объяснить… - Его глаза заметались по комнате - чернец придумывал объяснение, но уже через секунду кивнул и сказал: - Вы правы, в гробу лежит не монах, но не менее святое существо. Это единственная дочь моего щедрого патрона… - Он откашлялся и заговорил громче: -…которая трагически скончалась два дня назад. Он послал меня отвезти ее тело к вам, маэстро, чтобы запечатлеть ее черты на картине, прежде чем тлен навсегда исказит их…
- Два дня назад? - ужаснулся маэстро Амброджио, позабыв обо всем на свете, кроме нового заказа. - Она мертва уже два дня? Дорогой мой… - Не дожидаясь позволения монаха, он приподнял крышку гроба, чтобы оценить изменения. Но к счастью, покойница еще не была тронута тлением. - Похоже, время еще есть, - сказал он, приятно удивленный. - Но все равно придется начать прямо сейчас. Ваш хозяин уточнил, в каком роде делать портрет? Обычно я пишу поясную фигуру в стандартном образе Девы Марии. В вашем случае могу бесплатно пририсовать младенца Иисуса, раз уж вы ехали издалека.
- Пожалуй, изобразите ее в виде Девы Марии, - сказал брат Лоренцо, нервно поглядывая на Ромео, который опустился перед гробом на колени, с восхищением глядя на мертвое лицо. - С нашим Божественным Спасителем на руках, раз уж бесплатно.
- Ай-мэ! - воскликнул Ромео, не обращая внимания на предупреждающий жест монаха. - Как Господь мог быть таким жестоким?
- Нельзя! - крикнул брат Лоренцо, но поздно: юноша уже коснулся рукой щеки девушки.
- Такая красавица, - мягко сказал он, - не должна была умереть. Наверное, даже смерти противен ее промысел. Смотрите, она еще не похитила алость ее губ…
- Будьте же благоразумны! - не своим голосом воззвал брат Лоренцо, пытаясь опустить крышку. - Вы не знаете, какую болезнь могут передать эти губы!
- Будь она моей, - продолжал Ромео, не давая монаху закрыть гроб и нимало не заботясь о своей безопасности, - я пошел бы за ней в рай и привел ее назад. Или навеки остался с ней там.
- Да-да-да, - не выдержал брал Лоренцо, захлопнув крышку и чуть не отдавив Ромео пальцы. - Смерть превращает всех мужчин в идеальных возлюбленных. Куда только девается их пылкость, когда их дамы живы?
- Истинно так, монах, - кивнул Ромео, поднимаясь на ноги. - Ладно, довольно с меня несчастий за один вечер. Таверна ждет. Оставляю тебя с твоим скорбным поручением и пойду выпью за упокой души бедной девицы. Пожалуй, что и не одну кружку. Быть может, вино отправит меня в рай, где я ее встречу и…
Брат Лоренцо подался вперед и прошипел, понизив голос:
- Держите себя в руках добрейший мессир Ромео, прежде чем скажете недопустимое!
Молодой человек ухмыльнулся:
- …и засвидетельствую свое почтение.
Только когда все гуляки покинули мастерскую и стук подков их лошадей стих, брат Лоренцо снова поднял крышку гроба.
- Опасность миновала, - сказал он. - Можно выходить.
Девушка наконец открыла глаза и села. Ее лицо осунулось от усталости.
- Боже всемогущий! - задохнулся маэстро Амброджио, перекрестившись ступкой. - Каким чародейством вы это…
- Молю вас, маэстро, - перебил его брат Лоренцо, заботливо помогая девушке встать, - проводить нас в палаццо Толомеи. Эта молодая госпожа - племянница мессира Толомеи, Джульетта. Она стала жертвой страшного несчастья, и я как можно скорее должен доставить ее в безопасное место. Вы поможете нам?
