Я рассказала ему о моих родителях и роковых несчастных случаях, намекнув, что человек по имени Лучано Салимбени может иметь отношение к обоим убийствам. После этого я описала содержимое шкатулки моей матери и кратко передала содержание дневника маэстро Амброджио, упомянув и о словах кузена Пеппо о неведомом сокровище под названием «Глаза Джульетты».
- Доводилось ли вам слышать о таком артефакте? - спросила я, увидев, что маэстро Липпи нахмурился.
Не ответив, он поднялся, секунду постоял, вытянув шею, словно заслышав зов издалека, и двинулся вглубь дома. Я поняла, что должна идти за ним, и поковыляла в другую комнату, а оттуда вверх по лестнице в длинную узкую библиотеку с покосившимися книжными шкафами от пола до потолка. Там мне оставалось лишь смотреть, как маэстро упорно кружит около стеллажей, ища, как я предположила, какую-то книгу, не желавшую попадаться. Наконец, он выдернул с полки какой-то том и торжествующе поднял в воздух:
- Я помню, что видел ее где-то здесь!
Книга оказалась энциклопедией легендарных чудовищ и сокровищ - видимо, эти два явления не поддаются разделению. Маэстро принялся ее листать, и я увидела, что иллюстрации имеют отношение скорее к сказкам, чем к моим резальным проблемам.
- Вот! - воскликнул он, с воодушевлением ткнув пальцем в какую-то колонку. - Что вы на это скажете?
Не в силах ждать, пока мы спустимся на первый этаж, он зажег шаткий торшер и прочитал текст вслух на сумбурной смеси итальянского и английского.
Суть истории была в том, что «Глазами Джульетты» назвали два редкостно огромных сапфира из Эфиопии, вначале носивших название «Эфиопские близнецы», предположительно приобретенных мессиром Салимбени из Сиены в 1340 году в качестве свадебного подарка своей невесте Джульетте Толомеи. Позже, после трагической гибели Джульетты, сапфиры были вставлены в орбиты глаз золотой статуи, воздвигнутой над ее могилой.
- Слушайте, слушайте это! - Маэстро Липпи горячо водил пальцем по строчкам. - Шекспир тоже знал о статуе! - И он перевел мне строфу из финала «Ромео и Юлии», приведенную в энциклопедии на итальянском:
Покончив с чтением, маэстро показал мне иллюстрацию, и я сразу узнала двухфигурную статую - коленопреклоненный мужчина обнимает полулежащую женщину, За исключением некоторых деталей это была та самая скульптура, которую мама раз двадцать зарисовала в своем блокноте.
- О Боже! - Я наклонилась к книге. - А здесь что-нибудь сказано о местонахождении ее могилы?
- Чьей могилы?
- Юлии, в смысле Джульетты. - Я показала на текст, который он только что читал. - В книге сказано, что на ее могиле воздвигли золотую статую, но не сказано, где именно находится могила.
Маэстро Липпи захлопнул книгу и пихнул ее на первую попавшуюся полку.
- Зачем вам ее могила? - спросил он неожиданно враждебным тоном. - Хотите забрать ее глаза? Но если у нее не будет глаз, как она увидит Ромео, когда он придет разбудить ее?
- Я не собираюсь забирать ее глаза! - запротестовала я. - Я просто хочу… посмотреть на них.
- Ну что ж, - сказал маэстро, выключая старый торшер, - тогда поговорите с Ромео. Не знаю, кто еще способен ее найти. Но будьте осторожны: здесь водится много призраков, и отнюдь не все так же дружелюбны, как я. - Он подался ближе, испытывая какое-то дурацкое удовольствие от моего испуга, и прошипел в темноте: - «Чума, чума на оба ваших дома!»
- Великолепно, - холодно сказала я. - Спасибо за спектакль.
Он добродушно засмеялся и хлопнул себя по коленям.
- Бросьте! Не будьте этакой маленькой polio [26] ! Я вас просто дразню!
Внизу после нескольких бокалов вина мне удалось вновь перевести разговор на «Глаза Джульетты».
- Что вы имели в виду, - спросила я, - когда сказали, что Ромео знает, где могила?
- А он знает? - поразился маэстро Липпи. - Не уверен. Вообще лучше спросите у него. Он сможет рассказать больше меня. Он молод, а я уже многое забываю.
Я попыталась улыбнуться:
- Вы говорите так, будто он до сих пор жив.
Маэстро пожал плечами.
- Он наведывается в гости поздно ночью. Придет - и сидит, смотрит на нее, - кивнул он на дверь в кладовую, где висел портрет Джульетты. - По-моему, он до сих пор ее любит. Поэтому я оставляю дверь открытой.
- Бросьте, - сказала я, взяв его за руку. - Ромео не существует, его больше нет. Верно?
Почти оскорбившись, маэстро гневно смерил меня взглядом.
- Вы же существуете? Отчего же и ему не существовать? - Он нахмурился. - Что? Вы тоже думаете, что он призрак? Ха! Конечно, наверняка знать нельзя, но я считаю иначе. По-моему, он реален. - Он замолчал на секунду, взвешивая «за» и «против», и твердо закончил: - Он пьет вино. Призраки вино не пьют. К этому можно пристраститься, а духи не жалуют страстей. Они очень скучная компания. Я предпочитаю людей вроде вас. Вы забавная. Вот, - он снова налил мне вина, - выпейте еще.
