Они все последовали за ним. Даже Карпатский, крепко державший под руку задержанную. Юля ойкнула, увидев охранника, но муж заверил ее, что тот просто спит. Диана не стала заходить в комнату, осталась у порога: ей и оттуда все было видно.
Но смотреть оказалось не на что. В тот момент, когда из подвала должен был появиться неизвестный с мешком на голове, видео резко засбоило: помехи до такой степени исказили изображение, что стало ничего не видно. Длилось это чуть меньше минуты, а когда закончилось, коридор снова был пуст. А вскоре из подвала выбрались они с Юлей.
― Он не пошел к Регине, ― задумчиво протянула Диана, глядя на мониторы.
Карпатский, стоявший рядом с ней, вопросительно посмотрел на нее.
― А куда он пошел?
― Сюда.
Диана повернула голову, обводя взглядом главный холл, но за это время в нем появился только Игорь. А еще на полу у кресла администратора обнаружился весьма потрепанный джутовый мешок.
― Тоже твои штучки? ― поинтересовался Карпатский у Любы.
Та в ответ лишь мотнула головой, и Карпатский выдохнул:
― Ясно. Тогда сейчас мы все едем в отделение и каждый подробно рассказывает, что видел. Юлия Андреевна, будьте так любезны, записи с камер прихватите. И где, черт побери, Соболев?
В допросную комнату, где его дожидалась Люба, Карпатский вошел уже в начале двенадцатого. Неторопливо приблизился к столу, положил на него замысловатую конструкцию, состоявшую из фальшивой головы и имитации плеч, и сел напротив девушки. Та равнодушно посмотрела на него.
«Еще совсем девчонка, ― промелькнуло у него в голове. ― Геле сейчас было бы столько же.
И только пугающий, почти безумный взгляд Любы прогнал это неуместное сравнение.
― Сами сделали или помог кто? ― поинтересовался Карпатский, кивая на конструкцию.
Она улыбнулась, и от этого ее лицо стало выглядеть еще более жутко.
― В интернете всяких умельцев можно найти. Главное ― знать, чего ты хочешь. А идею такой штуки я подсмотрела в одном фильме. Правда, там ее использовали, чтобы имитировать человека без головы.
― А вы таким образом добавили себе роста и широты в плечах. ― Это не было вопросом, просто утверждением. ― Поэтому свидетели видели на месте преступления высокого мужчину.
― В темноте и издалека работало особенно хорошо, ― кивнула Люба. ― На свету и вблизи становилось заметно, что с руками что-то не так. Все-таки они у меня ниже начинаются.
― Расскажете, для чего все это?
― Да что тут рассказывать? Вы, наверное, и так уже все поняли. Особенно после того видео Алекса Найта. Эти три овцы семь лет назад грязной ложью довели до сердечного приступа моего отца. А полтора года назад умерла и моя мать. Знаете, каково остаться совсем одной в девятнадцать? Без образования, без родственников, без поддержки… А все из-за них! Если бы они тогда это не устроили, отец ушел бы к нам. Маме не было бы так тяжело все эти годы, и она тоже была бы сейчас жива. У меня была бы нормальная семья. А они меня ее лишили!
― То есть, вы ни о чем не жалеете и не раскаиваетесь?
― Почему же? Жалею. О том, что не смогла прикончить третью овцу. Но только об этом. Так и запишите.
― Все записывается, ― заверил Карпатский. ― Расскажите, как вы заманили Киру Новикову в лесополосу.
― Это оказалось проще, чем я думала. Я ходила к ней на маникюр, присматривалась. Я ведь не сразу решила их убить, просто искала способ как-то отомстить. Испортить им жизнь, как они испортили мне… А когда Новикова заговорила про свадьбу… вся такая счастливая и вдохновленная, я подумала: «Вот же дрянь!» Она лишила этого мою мать, и даже не вспоминала, ее не грызла совесть. Я подкинула ей в кабинет телефон с левой симкой, а потом прислала сообщение. Мол, знаю, что ты убила человека, и все скажу твоему жениху. Она испугалась. Спросила, что мне нужно. Я назначила встречу, мол, там обо всем договоримся. Сначала позвала на набережную, а когда она пришла туда, позвонила ей и велела свернуть в лесополосу. Думаю, услышав женский голос, она расслабилась, а зря. Когда появился мой мститель в джутовой маске, она так испугалась! ― Люба весело хохотнула. ― Вы бы видели, как она бежала! На своих-то шпильках… Далеко не убежала.
― Телефон вы потом забрали?
― Да.
― Валерию Сороку вы предпочли подкараулить после работы, так?
― Угу. Вы же сами все знаете. Зачем спрашиваете?
― Для записи. Почему с ней поступили иначе?
― Она всегда шла через одно глухое место между домами. Было достаточно удобно подождать ее там. Я под видом новой клиентки записалась к ней на поздний визит, потом написала, что опаздываю, попросила подождать. Чтобы она шла попозже.
― Ясно. Александру Гордееву тоже вы убили?
При упоминании этого имени лицо Любы погрустнело, и кивнула она уже не с таким энтузиазмом.
― Ее за что? Она ведь ничего не сделала вашей семье. Ее мать сказала, вы были подругами.
