Многие вздохнули с видимым облегчением — если командир заговорил на понятном языке, то есть надежда на то, что гроза пройдёт стороной. Но следующие слова барона оказались настолько невероятными, что прозвучали подобно песне эльфов из волшебной сказки:
— Кто хочет рому?
Тишина… кто-то не поверил своим ушам, кто-то решил, будто немец ошибся из-за плохого знания языка, а самые опытные — приняли вопрос за изощрённую издёвку.
— Повторяю, кто хочет рому? — Тучков сплюнул на свеженадраенную палубу и продолжил. — Свиньи! Наш капитан немного приболел, поэтому именно мне выпала честь от имени Его Величества сделать вам предложение. Нужны добровольцы для тяжёлой и опасной работы, работы за звонкую монету, между прочим. Согласившиеся, прямо сейчас получают гинею задатка и полную кружку доброй выпивки! Кто не обманет надежд и ожиданий Его Величества, уроды?
Согласились все — уж больно заманчиво смотрелся золотой кружок в руке лейтенанта фон Тучкофра. А что до тяжести и опасности… так наверняка вербуют в десантную партию для высадки у французской Булони. Пусть… Коротышка-узурпатор с его гвардией нисколько не страшнее службы во флоте Его Величества. Чужой солдат, в отличие от своего офицера, может и промахнуться, а если и попадёт, то всего лишь убьёт. К тому же идущим в первых рядах достаются лучшие женщины и самая богатая добыча.
На палубу вынесли стол, за которым с пером и бумагой расположился старший штурман зу Пкофф, рядом с ним поставили окованный железом сундучок под охраной двух морских пехотинцев, и дело пошло. Первый же матрос, смело оттиснувший испачканный чернилами палец на чистом листе, сразу получил гинею и полную кружку рома.
— Проходи, не задерживай! — Прикрикнул надзирающий за порядком сержант Симмонс. — Следующий!
Через четыре часа полковник Тучков мрачно наблюдал за погрузкой спящих англичан на русский корвет «Забияка», для маскировки пришедший под флагом Северо-Американских Соединённых Штатов.
— Нехорошо как-то получилось.
— Зря вы так, Александр Андреевич, — прибывший с пополнением гусарский полковник Бердяга сомнений Тучкова не разделял. — Обыкновенная военная хитрость, не более того. Или вы предпочли бы отправить их всех в царство Нептуна с перерезанным горлом? Государь не одобряет ненужного кровопролития.
— Может быть, может быть…
— Не может, а так оно и есть! В чём мы обманули этих людей? Работа на уральских золотых приисках действительно трудна и опасна, а подписав контракт вольнонаёмного рабочего, они будут пользоваться всеми привилегиями свободного человека. Пусть через десять лет, но будут! Кстати, я бы и капитана туда же отправил.
— Нет, Иван Дмитриевич, сэр Чарльз нам ещё понадобится в качестве визитной карточки. Или вы сами собираетесь присутствовать на совещаниях у адмирала Нельсона?
— Думаете, будто сэр Горацио не заметит состояние капитана? Злоупотребление опием довольно трудно скрыть.
— Зато им легко объяснить некоторые странности в поведении. Нам ведь всего-то и нужно, чтобы Винсли продержался четверть часа. А там…
Бердяга на слова Александра Андреевича недобро усмехнулся и помянул нехорошо Товия Егоровича Ловица, автора очередного дьявольского изобретения. И если бы только этого изобретения — то, что сейчас перегружали с «Забияки» на «Геркулес», вряд ли можно назвать произведением гуманной человеческой мысли. Интересно, когда помощник графа Кулибина в последний раз ходил в церковь? И ходил ли вообще?
— Мишка, уйди оттуда к чёрту! — Иван Дмитриевич отвлёкся от размышлений и погрозил кулаком гусару Нечихаеву, помогавшему тащить длинный деревянный ящик, выкрашенный в тёмно-зелёный цвет. — Если ещё и эти разберёшь!
— Да я только хотел… — полковой воспитанник, на ходу примерявшийся к замку на крышке, отскочил в сторону. — Я вообще ничего не хотел, господин полковник!
Император всех французов пребывал в самом скверном расположении духа, и развеять дурное настроение не мог даже шумевший и искрящийся неподдельным весельем бал. Или хандра наступила именно из-за этого бала, даваемого в честь очередного прибытия в Париж посланника русского царя? После каждого разговора с хитрым одноглазым фельдмаршалом Наполеон чувствовал себя обманутым и обокраденным. Кутузов с видимым удовольствием принимал участие в устраиваемых празднествах, в неимоверных количествах употреблял коньяк с шампанским, волочился за женщинами с неизменным успехом, убивал на дуэлях ревнивых рогоносцев, и всё обещал, обещал, обещал…
