Соня объяснила дочке, что не надо надевать на енота платьица или засовывать его в кукольную кроватку, Марта согласилась — и они играли вполне мирно. *
Гулять Еня тоже выходил спокойно. Хотя и смотрел с опаской по сторонам, и принюхивался ко всему вокруг, но реагировал спокойно. Не орал, не лез на голову, не задирался с собаками и кошками, не охотился на птиц и не кидался на людей. Так что был легко принят на площадке для выгула собак.
Рабочий день прошел спокойно, и Соня отправилась забирать Марту из детского сада.
Потом домой, поужинать — и на прогулку. Да, с енотом.
Вот с Еней Марта гуляла в удовольствие. Енот брезгливо обходил песочницы, в которых отмечалось не одно поколение бродячих собак и кошек, послушно лазил по детскому городку и терпел, гладивших его и тискающих, восторженных детей. Ворчал только на тех, у кого были грязные или липкие руки.
Вот и сейчас…
— Еня?
Голубая (Марта, милая, он же мальчик) шлейка со стразами (Мама, он красивый мальчик!) пришлась еноту впору. Соня застегнула ее, и они втроем вышли из подъезда.
Прошлись по двору, потом решили зайти на детскую площадку…
— Софья! Что это за мерзость?!
Голос взрезал вечернюю тишину, словно скальпель хирурга.
Соня дернулась.
— Ой… Любовь Николаевна, здравствуйте.
— Что еще за деревенское ойканье? И как вы одеты? Нет, сколько тебя ни учи, а деревню из девушки не вытравишь!
Соня обреченно ссутулилась.
— Любовь Николаевна, давайте не будем сейчас выяснять отношения?
Но остановить Любовь Николаевну добрым словом было нереально, вот если бы еще пистолет добавить, или хотя бы сковородку — дело другое.
— Что это с вами за гадость? Она дикая? Ты что — завела хищника?!
— Кррррр! — высказался Еня, с любопытством разглядывая прибывшую даму.
О, да. Летним вечером, в обычном дворе, Любовь Николаевна была уместна, примерно, как новогодняя елка. В элегантном, светло-зеленом костюме, который подчеркивал ее худощавую фигуру, в туфлях на шпильках, с укладкой, и даже с бриллиантами. После шести вечера — можно! И неважно, где! Хоть в метро!
— ФУ! — ответила ему Любовь Николаевна. — Софья, изволь уделить мне внимание!
Соня только вздохнула.
— Марточка, детка, поиграй, пожалуйста, с Еней? Я сейчас, буквально минуту…
— Еня?
Енот послушно развернулся к детской площадке.
— Крррр!
— Фу, — еще раз поморщилась ему вслед Любовь Николаевна. — Надо быть вовсе дурой, чтобы завести такую пакость! Но речь сейчас не об этом! Софья, мой сын собирается жениться…
Евгений навострил уши, прислушиваясь к разговору.
В этом мире он жил уже больше десяти дней, и считал, что время проводит достаточно удачно. Марта училась читать, и он вместе с ней смотрел обучающие и развивающие мультики. Понял, что такое компьютер и телевизор, научился их включать, и слушал новости. Когда Соня уходила на работу, а Марта в садик, играть с другими детьми, он брал детские книги и старался осваивать местный язык. Читать пока получалось плохо, писать тоже, но Евгений не сдавался. Ему еще точно надо дней десять. А потом надо будет начинать искать ведьму. Или мага. Или… ну кто-то тут у них водится?
Евгений и здешнее мироустройство не особенно понимал. Вроде, как и ведьмы тут есть, и колдуны… пишут ведь о них? И мультфильмы снимают, не стали бы люди писать о несуществующем? Только как их найти?
Непонятно пока…
Ничего, со временем он во всем разберется, сейчас было интереснее, что это за зараза такая прицепилась к Соне.
Судя по внешнему виду — дура и стерва. Таких Евгений и в своем мире видел регулярно, на раутах и в салонах их несчетное количество, в любую сторону плюнь, в такое и попадешь. Правда, с ним такие дамочки были всегда любезны.
Наследник Отт!
Молод, богат, красив, прекрасный объект или для собственной охоты, или для какой-нибудь племянницы — дочки — внучки — жучки. А вот с Соней эта выдра разговаривала достаточно жестко.
Послушать бы, но Марта рядом. Ребенка-то не бросишь, и незаметно с ним не подкрадешься.
А выдра явно давит.
И Соня опускает плечи, и глаза у нее грустнеют. Евгений это видел.
Кое-что о своей домовладелице и спасительнице он уже понял. За других она может порвать. А вот за себя лишнего слова не выговорит, все будет сомневаться, размышлять, права она или нет, стараться никого не обидеть. Не умеет она отстаивать свои интересы, только чужие. И то не всегда получается. Соня легко может растеряться, испугаться, а перед этой грымзой и вообще выглядит блекло. Ее явно на что-то пытаются подвигнуть, и судя по морде дамы, серьезное и неприятное для Сони. Тетка уверена, что ее продавит, Соня сопротивляется, но как-то вяло, таких «зеленых» надо сразу в морду, или с матюгами, да за волосы.
— НЕТ! Вы с ума сошли?!
Опа?! Это что же такое ей предложили?!
