— Ладно. Но получается, что отец ребенка Маркус Отт?
— Не знаю. Я… я выпила зелье плодородия, и потом у меня было чаще с Евгением…
Если быть точной, Марина тогда дней пять с Маркусом не виделась, чтобы уж точно сработало на кого надо, так что о ребенке она знала почти точно. Почти.
Литта Яна схватилась за голову.
— Что ты сделала?
— Ну…
— Откуда зелье?
— А то вы не знаете? — огрызнулась Марина.
Литта Яна сильнее сжала пальцы. Наверное, сейчас голова разлетится на кусочки!
— Сама взяла?
Марина вздохнула.
— Сама…
Ведьминской крови как раз хватило, чтобы настроить зелье. А как это делается, она знала, не великий секрет, это и в учебниках есть. Для медиков, понятно, но кто их читать запретит?
— Скорее всего, Евгений. Но может быть и Маркус… ты хоть понимаешь, что натворила?
— Ничего такого. Зелье применяется… и что?
— То! Ты — не аристократка!
Литта Яна прикидывала расклад. Евгений и Маркус. Два возможных отца малыша. Теоретически — и тот, и другой из рода Отт. Если бы хоть разные роды были, там можно как-то посмотреть по спектру, когда ребенок начнет развиваться. А когда оба возможных отца — Отт, это заранее бесполезно.
Схожая картина получается.
Выход только один, ждать до рождения ребенка, а потом уже алтарь определит, чей он: Маркуса или Евгения. Нет-нет, можно бы сейчас выдать дурищу за Маркуса, но тогда он должен будет брать ее с ребенком. И признавать малыша, как своего.
Соответственно, ребенок, чей бы по крови он ни был, станет потомком Маркуса Отт.
А что с Евгением?
Если что-то не то… род останется без наследника? Не весь род, одна из его ветвей, но ведь и так плохо! И… Яна любила Евгения. Если это его ребенок — он должен быть именно ребенком Евгения.
— Я литта!
— Это просто слова! А кровь у тебя ведьминская, и конфликт магий неминуем, и беременность будет тяжело проходить, и выкидыш… нет, под зельем плодородия выкидыша у тебя не будет, только вот, что с тобой дальше будет, я даже угадать не решусь!
— Если б это был ребенок Маркуса, вы бы тоже так сказали? Или с ним можно, с Евгением нельзя?
Литта Яна и не подумала смущаться.
— Маркус Отт, при всем моем уважении, очень слаб. Третья ветвь рода, сил там — кошка наплакала. Они и с простонародьем роднились, и магии у них почти нет. А Евгений Отт — глава рода!
— У него тоже магии нет!
— Алтарь — концентрированная магия. И Евгений не так прост, как ты думаешь.
— Да?
— Я еще тебе секреты рода не рассказывала, — фыркнула литта Яна.
— Вы меня никогда не любили! И не уважали!
Литта Яна прищурилась.
— А за что тебя уважать? За благородство поступков? Как ты вообще могла? Спать с Евгением и изменять ему?
Марина надулась.
— Он меня не любил! По-настоящему!
Яна фыркнула. Насмешливо и едко.
— Я тебе об этом сразу сказала.
Марина надулась еще сильнее.
— И вы… вы просто нам счастья не хотели.
— Какое может быть счастье, если тебе от Евгения нужны были только деньги, а ему от тебя только новые впечатления? — литта Яна была безжалостна. — Не удумай что-то сделать с ребенком. Сгною! И будь готова. Его величество разберется с этим вопросом.
— И прикажет Евгению на мне жениться? Или Маркусу?
Литта Яна едва пальцем у виска не повертела. Но потом опомнилась, и решила сразу беременную идиотку не расстраивать.
— Я решения короля предсказать не могу, но постараюсь, чтобы твоя судьба была устроена. Так что жди известий, все же я за тебя немного отвечаю.
Марина закивала.
Маркус — это замечательно! И он ее любит, и женится. Если это его ребенок.
Но может, с королевской помощью, еще не поздно поохотиться на журавля?
На следующий день после приключений со шпротами, любой, кто пришел бы в квартиру к Софье Алексеевне Ковалевой (после развода Соня вернула себе девичью фамилию) подумал бы, что бредит, и вызвал психиатра.
Старый Сонин ноутбук стоял на столе и был включен, развернута заставка интернета, а за компьютером сидел серьезный енот.
Конечно, мышкой он пользоваться не мог, размеры лап не позволяли, а вот тачпадом — вполне. И даже запросы набирал почти грамотно. Интернет стерпит, он и не такое видел.
Читал, медленно и серьезно, вдумываясь в прочитанное, благо, в чем-то два мира были достаточно близки. Есть люди — есть законы. Есть государство — есть налоги, а значит, и махинации с ними будут. Мрачнел, понимая, что у негодяев возможностей хватает, а вот у Сони-то их и маловато. Сами вот, пишут, закон, что дышло, куда повернул, туда и вышло.
Конечно, Соня официально оформлена, и зарплату ей платят хорошую, но напакостить ей эти гады могут. И налоговую натравить, и уволить ее заставят, и органы опеки натравят. Запросто!
На Рамире делалось не совсем так, но… Евгений трезво оценивал ситуацию. Если у одного из противников есть деньги, связи и желание напакостить, а у второго только енот…
Что-то это грустно выглядит. Разве что Соне брать малышку, и уезжать на эту самую Камчатку, где бы это ни было. Плохо.
Очень плохо.
А вот что может сделать скромный енот?
