Евгений на Беатриче не женится, ему такие не интересны. Он вообще пока о браке не задумывается. Зато сможет отвлечься от Марины, а Беатриче за это время поправит свое финансовое положение. Евгений всегда был щедрым к любовницам, так что сделка выгодна всем присутствующим.
Беатриче согласилась с литтой, удачно поохотилась и заарканила дичь, даже постель с ним делила, и к себе ее мужчина пригласил, и все уже как по маслу шло, и вдруг Евгений пропадает!
Беатриче подумала немного, а потом… а потом преспокойно вернулась в его дом.
А что такого?
Евгений ее пригласил? Да!
Сам, добровольно, и слугам показал, мол, это литта Беатриче, она со мной!
Распоряжений пока никаких нет? Нет, и отдать их тоже некому. Стало быть… пока она прекрасно поживет у Евгения! И в его доме, и за его счет, и… и вообще! Она волновалась, она его ждала, она ночей не спала! Ей не до таких мелочей было!
Вещи?
Нет, вещи пока перевозить она не будет, мало ли, как уходить придется. А вот еще можно что-то мелкое и ценное посмотреть, и сумочку заранее собрать, и позаботиться о себе…
Нет-нет, на картины Беатриче покушаться не собиралась. А вот всякая мелочь, булавки-запонки, может, статуэтки, может, что-то еще… почему и не собрать себе «тревожный чемоданчик», пока живешь гостьей, на всем готовом, а то и кое-что заранее вынести? По частям?
И спокойно ждать возвращения Отта. А если что…
А почему она не может всем представляться его невестой? И говорить, что Евгений сделал ей предложение?
Беатриче обдумала этот вопрос.
Правда — почему нет? Евгений ей говорил, что она лучшая, что она великолепна, что он такой никогда не встречал… ладно-ладно, предложения ей не делали. Но он просто не успел, вот! А пока…
Евгений собирался на ней жениться! И пригласил ее пожить в своем доме!
И попробуйте это оспорить!
Может, Марина и устроила бы истерику, когда в ее скромный домик пожаловали представители от его величества. Очень даже запросто!
Она! Тут! Беременна!
А ей, понимаешь, нервы мотают, да еще смотрят, как на особо жирного и пакостного таракана. А что делать? Дети у всех есть, сыновья, да и сами мужчины, что гонец от короля, с его приказом, что доктор… вот как попадешься в лапы такой-то Марине, счастья потом полной ложкой не расхлебаешь!
Потому они и были безукоризненно вежливы, но взгляды… ох уж это неуловимое нечто, которое к делу не пришьешь, не пожалуешься, не поплачешься — на что? Не так посмотрели? Ну-ну…
А оно есть, и царапает, и неприятно. Ведьминская кровь в Марине была, и кровь-то подсказывала — ее не одобряют.
Истерика не состоялась по вине литты Яны, которая и проводила гостей к Марине. И скромно намекнула:
— Мариночка, осмотр важен, ты же можешь носить ребенка Евгения, а малыш должен жить в доме отца.
Скандал закончился, не начавшись, Марина преотлично поняла, что жить в доме Евгения… это, считай, заявка на победу. Даже когда… если Евгений явится, выкинуть ее из этого дома будет намного сложнее. Она постарается. А пока надо просто потерпеть.
Марина была не в восторге. И когда ее осматривали, и когда ей вручили королевские предписания. Но — что толку ругаться?
И если так подумать, ничего плохого в этом нет? Правда же?
Весь проект документов до Марины, понятно, не довели, только то, что ее непосредственно касалось. Про проживание и содержание.
Остальное ее непосредственно не касалось, вот и не надо пока, так его величество распорядился.
Марина подумала, и решила, что ей пока все это выгодно.
Лекарь ее осмотрел, подтвердил беременность, Марине казалось, что по срокам она все-таки носит ребенка от Евгения, но стопроцентной гарантии дать, конечно, нельзя.
Мать здорова, ребенок здоров.
Можете переезжать, литта. Прислугу предупредят, вас будут ждать.
Марина покивала, а потом отправила весточку Маркусу и принялась собирать платья. Пусть Маркус ей поможет переехать. Не самой же ей мучиться? А его величество тоже такими мелочами не озаботился. Переехать — а дальше пусть литта сама как-нибудь, грузчиков никто не отменял, экипажи тоже…
Марина складывала вещи в чемоданы, и едва не мурлыкала. Она была уверена, у нее все отлично получится! Просто подождать надо немножечко! Совсем чуть-чуть.
Евгений считал, что ему крупно повезло.
Он и второй раз сумел спрятаться в автобусе. А могли бы и заметить, и попытаться отловить. Но — пригород, склады, заводы, конечная остановка. Автобус стоял с открытыми дверцами минут пятнадцать, так что Евгений успел пролезть внутрь и опять занориться под задним сиденьем. Главное, чтобы остановку не пропустить.
Не пропустил.
Но теперь скрыться незамеченным не удалось, вылезать пришлось быстро, и люди его разглядели. Даже визг подняли бы, но енот рванул с места, как скаковая лошадь. Поди, догони! Теперь он особенно не прятался.
Знакомый дом.
Дерево.
Дупло.
И… Нина Ивановна?!
Вот она, стоит у ствола, ухмыляется.
— Спускайся, давай. Давно хотела с тобой поговорить, да при Соне никак. Она же не знает, кого пригрела, верно?
Евгений чуть головой вниз не навернулся.
Знает?! Соня — нет. А эта — да?!
