— Зато я знаю, на что он среагирует, — Пак подходит к альфе и плюхается на него. Тэхён перехватывает омегу за бока и начинает щекотать, Чимин заливается смехом, а Юнги, оставив парочку, идёт за колой. На самом деле Мин часто чувствует себя лишним, и он бы даже рад выходить из квартиры и оставлять друга наедине с любимым, но это не Дезир, и Мин боится улиц. Достав три банки колы, Юнги только собирается обратно, когда слышит звонок в дверь.
— Это пицца, наверное, — кричит из гостиной Тэхён, но выбраться из-под захвата Чимина не может. Юнги откладывает банки и, схватив с полки деньги, идёт к двери. Вот только за ней не доставщик пиццы. За ней почти как и всегда одетый в роскошный костюм и благоухающий потрясающим парфюмом Чон Чонгук.
— Привет, — улыбается альфа, а Юнги себя мысленно за шкирку с пола поднимает.
— О, это ты, — Тэхён видимо Пака всё-таки победил. — Тоже хочешь поиграть и пиццу? — спрашивает он брата.
— Я его хочу, — кивает Чонгук на застывшего у стены Юнги. — То есть, я его заберу ненадолго, — исправляется альфа. — Надень что-нибудь сверху, прогуляемся, — обращается он к омеге.
Юнги тянется к толстовке в прихожей и пытается натянуть ее, но путается в своих же руках, и в результате толстовку ему надеть помогают. Чонгук резко дёргает толстовку вниз, и, наконец-то, Юнги может отдышаться.
— Я обычно омег не одеваю, а раздеваю. С тобой у меня всё не по плану, — смеётся альфа.
— Не надо со мной планы строить, — бурчит омега и, крикнув Чимину, что скоро будет, выходит в подъезд.
Мин стоит лицом к лифту, знает, что Чонгук прямо позади, совсем близко, но не оборачивается. Юнги залетает в лифт и становится в углу, изображает дикую заинтересованность шнурками на своих кедах, поднимает взгляд на Чонгука, не сдерживается и хихикает.
— Что смешного? — недоумевает альфа.
— Просто ты в костюме, такой весь деловой, а я как бомж, — снова смеётся омега.
— Смотрю, тебя это очень развеселило. Я с работы, не успел переодеться.
— А куда мы идём?
— Прогуляемся немного, я соскучился.
Улыбка сползает с лица Юнги, он шумно сглатывает и снова опускает взгляд.
— Почему вы дома сидите? Почему не гуляете? — спрашивает альфа, пытаясь разрядить вмиг наэлектризовавшуюся обстановку после его «соскучился».
— Тут же волки, — бурчит Мин. — В смысле, страшно.
— Тут только один волк страшный, а он тебя есть не планирует, пока, — смеётся Чонгук.
— Я этого волка не боюсь, — гордо задирает подбородок омега и даже в глаза смотрит, правда жалеет об этом в следующую же секунду, потому что Чонгук подлетает мгновенно, нависает сверху, и вот его дыханье уже жжёт губы.
— Напрасно, стоило бы бояться, — шепчет Чон и глубоко вдыхает. — Я очень, очень, очень люблю вкус мягкой плоти на зубах, эту горячую кровь обжигающую горло, испуганные глазки, прям как у тебя сейчас, — альфа клацает зубами и, увидев ужас, застывший на дне зрачков омеги сразу отходит.
— Я пошутил, не плачь только.
— Я не плакса! — на самом деле плакса и чуть не разрыдался, но Чонгуку этого знать не обязательно.
Чонгук выходит из лифта первым и неожиданно для Юнги берёт его за руку. Будто это нормально, будто они каждый вечер гуляют, держась за руки.
— Прогуляемся пешком, — альфа ведёт парня за собой. — Я не знаю, успел ли Тэхён вам показать, но тут есть парк совсем рядом, и в нём поющий фонтан. Тебе понравится.
Юнги послушно следует за альфой, вопросов больше не задаёт, хотя их миллион, а самый главный — почему он так с ним мил и обходителен. Почему он не позвал гулять брата и Чимина? Это что, свидание? Если да, то у него чувства? Если нет, то что это? Юнги боится, как бы у него голова не взорвалась от стольких мыслей, не замечает, как они доходят до фонтана, а потом десять минут, разинув рот, смотрит на переливающийся всеми цветами и выдающий прекрасную музыку фонтан.
— Красиво, — Юнги натягивает рукава толстовки и садится на скамейку. — Спасибо, что показал.
— На самом деле я не этого хотел, — альфа опускается рядом и, облокотившись на свои колени, смотрит вперёд. — Я думал эти дни взять тебя к себе в клуб, показать, как в Сохо отдыхают, потому что я поздно освобождаюсь, с моим графиком по паркам не погуляешь, иногда даже ресторан не найдешь. Но подумал, что там шумно, и вообще, может, ты не любитель шумных тусовок, так что у нас сегодня небольшой ознакомительный вечер вдвоём.
— А зачем нам знакомиться опять?
— Затем, что я хочу узнать тебя получше, — серьёзно говорит альфа.
Юнги молчит, продолжает теребить свой рукав и нервно кусает губы. Всё-таки не выдерживает, знает, что иначе не заснёт:
— Зачем? Почему ты это делаешь? Почему твои родители так обходительны с нами, почему вы тратите на нас столько денег и времени?
— То, что мои родители хорошие и хотят помочь двум попавшим в беду омегам, по-твоему, не нормально? — приподняв бровь, спрашивает Чонгук. — У вас в Дезире не так поступают? Вы не помогаете тем, кому эта помощь нужна?
