– О, ты снова о своем? – зевнула она. – Снова заговор? Родной, я выслушала твою историю о мясе динозавра. Но поверь, за все те два месяца, что я и мои знакомые едим Унояки, еще никто не помер!
– Я знаю, – насупился парень, сложа руки на груди, – но рано или поздно появится тот, кого называют «нулевой пациент». Это лишь вопрос времени, помяни мои слова. И мне бы очень не хотелось, чтобы ты входила в группу риска. Неужели так сложно питаться традиционной едой? Она все еще продается в супермаркетах. Хочешь, я буду тебе готовить каждый день?
Брюнетка сочувствующе посмотрела на парня, после чего отвернулась, тихо сказав:
– Я ценю твою заботу. Но ты, родной, попусту тратишь силы. Современная еда, разработанная нейросетями, не принесет мне вреда. Ты иногда бываешь так умен, а иногда твой мозг – как супермаркет…
– Что ты имеешь в виду?
– Твои извилины – как кассы. Их много, а работают только две!
Сайран обиделся. Он отвернулся от брюнетки и оперся рукой о поручень.
– Спасибо, конечно. Да, у меня есть пока что весьма скромные доказательства. Пара кернов из костей чудовища… Но я рассуждаю здраво. И запомни мои слова, лапушок, все это вам выйдет боком. Ты говоришь, что я стал жертвой собственного заговора? На самом деле, кто станет жертвой – так это ВЫ, пожиратели Виалтра-булшит.
Сказав это, юноша посмотрел на девушку, ожидая ее реакции. Но таковой не последовало. Посмотрев еще пару секунд, Сайран не выдержал: он потрепал ее за плечо. То, что произошло дальше, шокировало его: после прикосновения его ладони к ее плечу Сэли тяжело выдохнула и обессиленно стекла на пол, развалившись прямо между сиденьями трамвая.
– ЛАПУШОК?! – вскричал он в панике, хватая ее за предплечья и стараясь затащить обратно на посадочное место.
Воссадив ее обмякшее тело на кресло, блондин прокричал:
– Машинист! Будь добр, тормозни у больницы!
Слава Богу, маршрутный транспорт проезжал как раз возле госпиталя района Чибуту. Подняв на руки расслабленное тело своей любимой, Сайран с ноги распахнул дверь общественного транспорта. Крикнув, что оплатит проезд позже, он двинулся в направлении дверей медицинского учреждения.
– Да уж… – дрожащим голосом произнес доктор, глядя на монитор терминала лечебной камеры.
Сайран сидел рядом. Он смотрел на подрагивающие в нервном тике брови своей девушки, которая находилась в некоей белой капсуле под стеклянной крышкой. Он видел, что черты ее лица перекашивает агония.
– Доктор, я понимаю, что лечение стоит недешево. У меня есть кредитная запись на 10 000 мД. Я готов оплатить ее восстановление.
Отвернувшись от монитора, молодой врач, который изрядно вспотел лицом, изучая пациентку, тихо произнес:
– Я боюсь, что мы не можем просто так исцелить эту девушку…
Юноша разозлился. Он встал с табуретки и наклонился над эскулапом:
– Что значит «не сможем»? Мы в 38-м году живем! Телепортационная медицина способна лечить рак и СПИД! А вы не можете вылечить простое пищевое отравление?
– Боюсь, что это не простое отравление… – оттягивая воротник, ответил врач. – Мы имеем дело с чем-то очень необычным. Лечебная капсула не может начать телепортацию, так как в тканях пациентки обнаружены, мягко говоря, странные химические соединения.
– Что это значит? – остолбенел блондин.
– Понимаете, это первый такой случай. Я раньше с таким не сталкивался.
– Хорошо! Позовите главврача! Он-то разбирается в этом?
Доктор еще раз взглянул на монитор, после чего покачал головой:
– Боюсь, что и сам министр здравоохранения такого не видел. Посмотрите сюда, сэр, – сказал он, указывая на небольшую спектроскопию в углу экрана. – Вы это видите? Ткани и внутренние органы девушки подверглись очень странной инородной инвазии. Я понятия не имею, чем это вызвано. Ее буквально растворяет изнутри.
Блогер отступил на шаг назад и снова взглянул на своего лапушка в капсуле. Повернувшись к врачу, он спросил:
– Что это значит? Вы реально не можете ее вылечить?
– Понимаете, – сказал мужчина в халате, – наш аппарат работает по принципу атомарно-диспозиционной телепортации. Мы можем заменить молекулы, больные клетки… мы даже можем телепортировать антитела к любому вирусу в ее организм. Но чего мы не можем, так это нарушать законы физики…
Юноша осел на стуле:
– Что вы имеете в виду?
Доктор, значительно нервничая, промокнул лоб и щеки подолом халата.
– То вещество, которое вторглось в ткани вашей девушки, по заявлению прибора, может нейтрализовать только диоксид гелия… простите…
Сайран насупил бровь. Он стукнул кулаком по столу, за которым сидел врач, и гневно выкрикнул:
– Так и какого хрена вы мне это рассказываете? Просто вживите в нее этот чертов диоксид, и все! Неужели это так сложно? Я плачу, черт возьми!
В помещении повисла напряженная тишина. Сайран в полумраке снова обернулся к своей Сэли, лежащей под стеклом и страдающей в лечебной капсуле, а затем покосился на доктора, гневно выдав:
– И долго мы будем вот так сидеть? В чем вообще проблема? Вам надо внести предоплату? Так я сейчас это сделаю. ЗАПУСКАЙТЕ МАШИНУ!
– Вы не поняли, – тихо ответил мужчина в халате, – диоксид гелия – невозможен.
