Мы тихо плывем по озеру, Люциус все еще крепко держит меня, хотя, кажется, что ничего уже не произойдет. Я чувствую стальные мышцы его рук даже через несколько слоев мантии.
Скольжу взглядом по воде: подернутая рябью лунная дорожка ярко выделяется на ее темном фоне. Порой мне кажется, что я вижу, как что-то движется под водой. Неяркое мерцание света, либо едва заметные движения чего-то невидимого.
На ум приходит ужасная мысль: Гарри рассказывал мне о пещере, где вода кишела мертвецами…
— Здесь ведь нет инферналов? — шепотом спрашиваю я, стараясь унять охватившую меня панику.
— Нет, — так же, шепотом, отвечает Люциус, — но эти существа столь же смертельны, если их спровоцировать. И твое происхождение — это уже достаточный аргумент для нападения. Так что не могла бы ты
Мое происхождение? Что он имеет в виду?
Полагаю…
Грязнокровки. Именно это он имел в виду. И я для него всего лишь грязнокровка.
Но они приходят не только за грязнокровками, но и за простыми магглами… о, Господи!
Получается, что я теперь ищу
От этой мысли весь мой мир на мгновение переворачивается вверх тормашками.
Наконец, туман рассеивается, открывая нашему взору длинную каменную стену на высоком берегу. В стене естт небольшой проход, что-то вроде неглубокой пещеры, и лодка направляется именно туда…
Вдруг мы начинаем раскачиваться.
Его руки сильнее смыкаются на моей талии.
Я смотрю на воду: зеленоватые руки с длинными пальцами тянутся к нам, хватаясь за борта лодки и раскачивая ее.
Голоса. Странные, словно потусторонние, и пронзительные нараспев произносят:
— Грязнокровка!
— Маггл хочет пересечь озеро!
— Остановите грязнокровку!
Голоса становятся громче, сливаясь в один сплошной ужасающий хор.
Люциус еще сильнее обнимает меня, прижимая к себе так, что его щека касается моей макушки.
— Держись за меня. Изо всех сил. Не отпускай, поняла?
Я поднимаю на него взгляд. На его лице легко читается беспокойство. Я киваю и поднимаю руки, цепляясь за него так сильно, насколько это позволяют сделать путы.
Он мрачно смотрит на меня, прежде чем его отвлекает очень сильное покачивание лодки: руки, хватающиеся за борт, будто хотят вытолкнуть нас…
— Черт! — шипит он, доставая палочку и направляя ее на нос лодки.
— Иммобилус!
Лодка останавливается как раз напротив входа в пещеру. Она больше не раскачивается, но и не плывет к берегу.
Я наклоняюсь, чтобы выглянуть за борт и увидеть здесь ли еще эти… создания, но Люциус еще крепче держит меня.
— Замри, — строго бросает он. — Не двигайся, слышишь меня?
Как только он произносит эти слова, жуткие зеленые руки появляются из воды и тянутся к лодке, которая все еще не движется.
— Ступефай!
Красный луч из палочки Люциуса устремляется к созданиям, но проходит сквозь них, как если бы они были призраками без плоти и крови.
— Ступефай! — вновь кричит он. — Авада Кедавра! Ступефай! Иммобилус!
Но все тщетно. Руки хватаются за меня, мою одежду и волосы, и тянут меня в воду. Люциус пытается удержать меня, а я отчаянно цепляюсь за него, но это трудно, потому что мои запястья все еще связаны. Эти создания слишком сильные; рывок — и я чувствую, что еще немного, и им удастся вытянуть меня.
— Держись! — кричит Люциус.
Но я не могу, просто не могу, они слишком сильные…
— Магглы не могут пересекать озеро, — смеясь, шепчут голоса. Они вырывают меня из рук Люциуса. Я сопротивляюсь, цепляясь за борт лодки и стараясь дотянуться до его руки, одежды, до лодки, но
Я с громким хлопком плюхаюсь в воду.
Выныриваю, чтобы глотнуть воздуха, и погружаюсь вновь. Вода смыкается над моей головой, отрезая меня от внешнего мира: исчезают звуки и боль. Меня обдает холодом. Как прекрасно. И тихо.
Что я делаю? Я не хочу бороться. Я хочу
Холодные руки тянут меня на дно, и, наконец, я могу видеть их лица: зеленоватые с пустыми белыми глазами. Они хищно скалятся, обнажив острые зубы, и тащат меня глубже в холодную темноту…
Я хочу пойти с ними. Не хочу больше думать, чувствовать, знать. Я только хочу исчезнуть, растворится в этой холодной бездне. О, да, заберите меня с собой.
Но в следующий миг вода вокруг меня становится красной, и создания отпускают меня. Их голоса стихают, и я остаюсь одна в холодной воде.
Воздух… мне нужно — о, Боже, мои легкие! Какая невыносимая боль! Не могу вздохнуть, ничего не вижу…
Я не хочу умирать.
Стальная хватка на моей талии — и вот я уже поднимаюсь выше и выше, а вода пузырится и пенится подо мной.
Я выныриваю на поверхность. Легкие быстро наполняет воздух. Это прекрасно! Но больно, очень больно. Я откашливаюсь — Боже, наверное, во мне была тонна воды, не меньше! — и чувствую, как меня тянут вверх.
