Я представляю, как свет рассеивает тьму…
Эту ужасную непроглядную тьму.
ПРЕДСТАВЬ!
Люмос!
Ничего…Еще раз…
Ну же, почувствуй в себе силу! Ты знаешь, кто ты. Ты — ведьма!
Люмос…
— Люмос, — шепчу я, открывая глаза, и…
Лишь непроглядная темнота вокруг.
Он смеется.
— Ох, дорогая, — произносит он, растягивая слова, — Ты не можешь? Просто у тебя нет способностей к этому.
Боже, как унизительно.
Но почему? Я ведь не виновата!
— Это не значит, что я не ведьма! — Негодующе протестую я. — Не все люди одинаковые. Многие не могут колдовать, пока их не научат.
— Это относится только к грязнокровкам и сквибам, — грубо обрывает меня Люциус. — Ты не можешь колдовать без палочки, потому что в твоей крови нет магии. С палочной — да, но без нее… В этом и состоит основное отличие между нами. Палочка — всего лишь инструмент. Настоящая же сила — внутри мага.
— Неправда! Некоторые чистокровные маги не могут колдовать без палочки. А если и делают это, то только тогда, когда их вынуждают…
Я резко останавливаюсь, приказывая себе заткнуться.
Слишком поздно. Мои слова уже повисли в воздухе.
Возникает пауза, и все, что я слышу, — биение своего сердца тудумтудумтудум.
Он все еще здесь?
Ну, конечно же, он здесь!
Красный луч света появляется из ниоткуда и устремляется к фонарю на потолке. Комнату озаряет приглушенный красный свет, и теперь я могу видеть Люциуса, стоящего у противоположной стены комнаты с ухмылкой на лице. Он направляет палочку на сморщенную и сухую Руку Славы, и свеча, которую держит эта рука, гаснет, а затем эта ужасная штука уменьшается до размеров небольшого камешка, который Люциус кладет в карман мантии.
Он поднимает взгляд на меня.
— Вынуждают, говоришь? — Он медленно подходит ко мне. — Хорошо, грязнокровка, я заключу с тобой сделку.
Он протягивает руку и убирает локон волос от моего лица.
Прекратите!
— Я попробую заставить тебя использовать беспалочковую магию, — тихо произносит он. — Если это пробудит в тебе магию, то мне наверняка достанется, но я разрешаю тебе. Ты меня поняла, маггла? Я настолько уверен, что у тебя ничего не получится, что разрешаю причинить мне боль.
Он убирает руку от моих волос и проводит палочкой по моей щеке.
— Готова, грязнокровка?
Черта с два я буду молить его не делать этого! Не дождется, сволочь!
— Больше, чем вы думаете.
Говорю абсолютно спокойно и хладнокровно.
Он ухмыляется.
А потом поднимает палочку…
Неведомая сила приподнимает меня над полом и отбрасывает к стене. Боль, жуткая боль пронзает меня, когда я ударяюсь спиной о стену. Клянусь Богом, все мои кости раздроблены, и я кричу, сгибаясь пополам и падая на пол.
Он поворачивается и отходит в другой конец комнаты, а затем поворачивается и направляет на меня палочку.
— Круцио!
Нет! Нееет! Пожалуйста, прекратите! Я не могу больше выносить это. Мне больно. И эта боль везде! В тело будто впиваются десятки ножей, длинные хищные когти царапают кожу, разрывая плоть. Пожалуйста, пожалуйста ПРЕКРАТИТЕ!
Заклятие пропадает, я в изнеможении лежу на полу. Люциус подходит ко мне: я вижу его черные начищенные ботинки.
Он хватает меня за волосы и ухмыляется.
— Ничего? Совсем?
Ну же, Гермиона, представь это! Постарайся…
— Экспелиармус! — Шепчу я, представляя, как его палочка выскальзывает из его пальцев.
Но он лишь смеется надо мной, приближая мое лицо к своему.
— Неудача, грязнокровка. Просто в тебе нет магии. Ты не можешь сделать что-то сверх того, чему тебя научили книги, не так ли?
Он толкает меня на пол.
— А, может быть, я был недостаточно убедительным? — Ледяным тоном произносит он.
О, нет. И зачем только я предложила ему это? Зачем?
С кончика его палочки срывается черный луч и, когда он достигает моей шеи…
Я не могу дышать. Я задыхаюсь, ловлю ртом воздух, но что-то душит меня, и я не могу вздохнуть. Брыкаюсь ногами в воздухе, судорожно цепляясь за горло, но ничто не может прекратить это. О, Боже…
— Почему ты не пытаешься остановить меня? — я слышу его голос, будто издалека. — Любая настоящая ведьма смогла бы остановить меня. так почему ты не можешь?
Ну же, представь!
Я НЕ МОГУ!
Как только пред глазами начинает расплываться темное пятно, давление на горло прекращается, и я с трудом ловлю воздух, давясь им, а он смеется надо мной.
— Ну, что, теперь ты понимаешь, что в тебе нет ни капли магии? — Он ходит вокруг меня, глядя, как я восстанавливаю дыхание. — Настоящая ведьма почувствовала бы в себе магию и инстинктивно отреагировала бы на пытку.
Он наклоняется и вновь хватает меня за волосы, заставляя посмотреть ему в лицо.
— Так скажи мне, сейчас ты чувствуешь в себе магию? Чувствуешь, как она струится по твоим венам?
Я сосредотачиваюсь, изо всех сил пытаясь почувствовать это. Каждый нерв в моем теле горит от напряжения.
Но если бы я была способна на беспалочковую магию, то, несомненно, использовала ее еще тогда, когда он впервые пытал меня.
Да я даже никогда не задумывалась о возможности использования такой магии.
Ну, теперь ты знаешь, что такое возможно! Подумай, Гермиона! Вспомни всю боль, которую он тебе причинил, и представь, что бы сделала с ним ты, будь у тебя возможность…
Он улыбается.
