— Доктор Джиральди сказал мне, что Валерио уже вышел из комы, но меня к нему не пускают. Не хотелось бы его волновать, но у нас накопилось несколько документов, на которых должна быть подпись только Валерио, и Леона держит их у себя. Боюсь, что она попытается прорваться с ними к Валерио. Вы поняли, о чём должны его предупредить? Скажите, чтобы Валерио не подписывал никаких бумаг из рук Леоны! Наверняка она в числе прочих документов подсунет ему и договор с де Ренцис. У неё просто нет другого выхода.
— Но почему тот адвокат хочет заставить вас купить то, что ничего не стоит?
— Ах, если бы покупка этих земель производилась по их реальной стоимости, то не было бы и проблемы. Сделка ненамного увеличила бы сумму убытка, который Леона уже нанесла фирме по мелочам. Но она собирается заплатить де Ренцис несколько миллиардов!
— То, что она сумасшедшая, мне известно давно, но что ж это за адвокат у неё выискался? — повторила свой вопрос Матильда.
— Думаю, он получит изрядный процент от суммы сделки. А, кроме того, мне кажется, он работает не столько на Леону, сколько на де Ренцис. Но это лишь моё предположение. Доказательств у меня нет, — горестно закончил Казираги.
— Не волнуйтесь. Как только синьор Валерио чуть-чуть поправится, я предупрежу его, — пообещала Матильда.
Когда Валерио открыл глаза и слегка пошевелил пальцами, Матильда не смогла сдержать нахлынувших чувств и поцеловала профессора Джиральди.
— Спасибо, доктор! Вы вернули его к жизни!
К сожалению, кроме Джиральди, никто не мог разделить с Матильдой её счастья. Манетти тогда ещё находился в тюрьме, а Леону таким сообщением можно было довести разве что до удара.
Эх, если бы были живы Серджио и Андреа! При воспоминании о них Матильда тягостно вздохнула, и слёзы радости в её глазах тотчас же сменились слезами горя. «Как же несправедлива судьба к бедным мальчикам. — сокрушалась Матильда, — их некому даже оплакать. У одной на уме только власть и деньги, а другая…» Другую, то есть Эдеру, она и вовсе не могла понять. «Может, не наврала про ребёнка?» — подумала Матильда и, не заезжая домой, отправилась в магазин Эдеры. «Пожалуй, надо прямо спросить её, почему не пришла к нам после смерти Андреа».
Новая продавщица Фабиола любезно сообщила Матильде, что Эдера сейчас дома — вместе с Чинцией они работают над каким-то проектом.
— А вы не могли бы дать её адрес? — попросила Матильда. — Я добрая знакомая синьорины Эдеры.
— Вообще-то я не должна этого делать, но… — видимо, Матильда произвела на Фабиолу очень хорошее впечатление, — вот, записывайте…
Эдера теперь снова жила вместе с Чинцией, и когда Матильда подошла к их дому, обе девушки как раз выходили из подъезда. Чинция катила перед собой детскую коляску, а Эдера держала на руках ребёнка месяцев двух-трёх. Даже издали можно было разглядеть, каким счастьем светятся глаза Эдеры, обращённые всецело на девочку… «Да, не похоже, чтобы она была в трауре. Ну, Бог ей судья!» — и Матильда, не спросив ни о чём Эдеру, повернула обратно.
Прошло ещё несколько дней. К Валерио постепенно вернулась речь, и однажды Матильде разрешили с ним недолго поговорить.
— Только прошу вас, не рассказывайте ничего такого, что могло бы его взволновать, — предупредил доктор Джиральди.
— Я постараюсь, — пообещала Матильда и, вспомнив о просьбе Казираги, вздохнула.
Выполнить требование Джиральди оказалось непросто, потому что на все вопросы Валерио Матильде приходилось отвечать полуправдой.
— Как дела на фирме?
— Не знаю… Этим сейчас занимается синьора Леона.
— Да? — удивился Валерио. — Ну, с нашими сотрудниками ей это не должно быть сложно. А сама-то она здорова? Пережить такое горе…
— Здорова! — поспешила ответить Матильда. — За неё не беспокойтесь!
— Вы опять ссоритесь?
— Нет, слава Богу… Я решила от неё немножко отдохнуть и живу сейчас в предместье у моих родственников.
— Матильда, возвращайся домой, — попросил Валерио.
— Непременно вернусь. Вместе с вами.
— Ох, Матильда, с тобою невозможно говорить. А ведь врачи утверждают, что мне нельзя расстраиваться! Ладно, оставим это пока. Расскажи лучше, как поживает Манетти. Нет ли у него каких-либо новостей?
«Поживает хорошо: вчера как раз вышел из тюрьмы!» — мысленно ответила Матильда, а вслух произнесла несколько иную фразу:
— Обещает скоро сообщить нам что-то важное.
— Это интересно! — оживился Валерио. — Ты сразу же дай мне знать!
— Конечно, конечно…
— Я ещё хотел спросить тебя об Эдере. Она очень любила Андреа…
— О ней мне ничего не известно! Я же говорила вам, что дома сейчас не живу, а сходить к ней, у меня не было времени.
— Матильда, — укоризненно посмотрел на неё Валерио, — ты что-то скрываешь. Ну-ка, выкладывай всё.
— Мне действительно нечего вам сказать. Но… в общем, я схожу к ней, скажу, что вы о ней спрашивали.
— Будь добра, сделай это, если сможешь, сегодня.
— Постараюсь. А теперь мне надо уходить. Доктор не велел вас утомлять.
— Спасибо, Матильда.
В коридоре к Матильде подошла Леона.
— Ты была у Валерио? Как он?
— Спасибо, он поправляется, — бросила на ходу Матильда.
— А меня к нему не пускают. Этот Джиральди…
